Книга Свет над Грозовым Створом, страница 14 – Алиса Миро

Это защищало меня от безумия. Я воспринимала это не как кошмар, а как сюжет, в который меня засунули.

— Ладно, — сказала я вслух, и голос прозвучал твердо. — Будем считать, что истерику я отложила на четверг. Сейчас у нас по плану магия.

Это циничное спокойствие было тонким льдом. Я знала, что однажды он треснет, и меня накроет так, что мало не покажется. Но не сейчас. Не пока я сижу в холоде и голоде.

Снова подняла гребень.

— Капля крови, говоришь? — посмотрела на схему в тетради. Она была подписана размашисто: «Vis Vitalis» (Жизненная Сила).

Я надеялась, что это значит энергия. Тепло. Хоть что-то, что разгонит этот могильный холод. Если сейчас не согреюсь, просто околею в этой каменной коробке.

— Ну давай. Только ради науки. И ради отопления.

Резко надавила острием на кожу. Боль была мгновенной. На пальце выступила темная капля. Я с силой прижала палец к центру нарисованного круга.

— Активация, — прошептала, стуча зубами от холода. — Давай. Грей! Энергия! Тепло!

Зажмурилась, представляя, как от страницы идут волны жара, как от камина.

«Ну же! Работай, чертова физика!»

В ушах тонко звякнуло. Словно лопнула струна.

Распахнула глаза, ожидая увидеть дымящуюся бумагу или почувствовать тепло.

Ничего.

Бумага осталась холодной. Пятно крови просто размазалось, став бурым и неопрятным. В комнате было так же холодно, изо рта шел пар.

— Брак, — выдохнула разочарованно. — Шарлатанство. Никакой магии не существует, Лена. Ты просто сумасшедшая старуха, которая тычет пальцем в бумажку.

В ярости захлопнула тетрадь. Хотелось швырнуть ее в стену.

И тут почувствовала запах.

Сладкий, густой, пьянящий аромат, который был здесь совершенно неуместен. Он перебил запах пыли, овчины и старого камня.

Подняла голову.

На каминной полке, в трех метрах от меня, стояла массивная, треснувшая ваза. В ней уже много лет (судя по слою паутины) торчала сухая, черная, корявая ветка. Мусор, который забыли выкинуть.

Теперь на кончике этой мертвой коряги, гордо и вызывающе, распустился бутон.

Огромный. Ярко-малиновый. Пышный, как на конкурсе садоводов в Челси.

Это был пион. Или роза-мутант.

Он сиял в полумраке холодной спальни, как неоновая вывеска. Живой, сочный и абсолютно, издевательски прекрасный.

Я уставилась на него, открыв рот.

— Ты издеваешься? — спросила у цветка. Голос дрогнул. — Я просила тепла! Я тут умираю от гипотермии! А ты мне... икебану?!

Цветок не ответил, лишь слегка качнулся от сквозняка, распространяя волну аромата.

Я истерически хохотнула.

Вот оно. Мое великое магическое наследие. Я могу выращивать цветы на мертвых палках посреди зимы.

— Очень полезно, — прошипела я, вытирая испачканный палец о простыню. — Просто невероятно практично. Если на нас нападут враги, я их закидаю петуниями. Или умру от холода, но в красивом гробу.

Абсурдность ситуации была такой вопиющей, что мне захотелось плакать. Я — кризис-менеджер, который вместо решения проблемы создал декорацию.

В этот момент в дверь постучали.

Четко. По-военному.

Я вздрогнула. Цветок!

Посреди серой, убогой, ледяной комнаты это малиновое пятно орало: «Здесь творится чертовщина!».

Если это Экономка или Лорд, они решат, что я окончательно спятила. Или колдую.

— Войдите! — крикнула я, а сама лихорадочно дернула одеяло, пытаясь прикрыть собой обзор на камин, но поняла, что это глупо. Цветок стоял высоко.