Книга Безумные дни в Эстерате, страница 119 – Эрли Моури

Последние дни Эрисе хотелось побыть одной. Она отпускала Архву до самого вечера, едва та заканчивала хозяйские дела. Нобастен, хоть и старичок, но так любил топтать ноги по Эстерату, что его присутствие в доме не было частым. Стануэсса больше времени уделяла тренировкам с баллоком, старательно вырабатывая быстроту ударов и гибкость. Да, в ее теле не было мужской силы. Однако стремительность и изворотливость, которыми все яснее проявлялись в ее движениях, вполне могли заменить самую могучую силу. Об этом ни раз говорил ее отец, доблестный стануэсс Риккорд. Ведь он никогда не сокрушался, что Эриса не родилась мальчиком. А еще он говорил, что сила человека, не столько в его мышцах, сколько в силе его духа и отваге. Отвага… Да она была в госпоже Диорич в детские годы в избытке. Нельзя сказать, что многое поменялось с тех пор, как она стала молодой женщиной. Быть может жизнь ей добавила осторожности, но не более того.

Еще к частым тренировкам Эрису подталкивала злость — ее неплохо снимали усердные упражнения. Молодое тело стануэссы довольно быстро вспомнило все то, что прививал ей в юности Риккорд Диорич и строгий наставник Эриксен. В какие-то моменты воевать с деревяшками, свисавшими со смоквы, у арленсийки начало получаться столь ловко, будто ей помогала магия Леномы, хотя в эти минуты Эриса ей не пользовалась.

После занятий госпожа Диорич устраивалась на лавочке в саду и расслаблялась под журчание ручья, покуривая лисья моа и пытаясь понять природу своей недавно проявившейся злости. Откуда она пришла? От кольца ли? Вряд ли. Может эта злость была следствием разлуки с Лурацием. Может мучительных отношений с Кюраем. А может следствием случившегося несколько дней назад возле таверны «Брачный Сезон». Сложно определить ее истоки, ведь все так переплелось, связалось в узелки.

Абдурхан умер на следующий день после тяжёлого ранения. Несчастная жена его плакала и кричала на весь район. Эриса, оказавшись недалеко от пекарни (шла как раз чтобы справится о его здоровье), слышала тот крик и холод заполз в ее душу, такой лютый, что она содрогнулась и прошептала: «Алеида Добрейшая, прошу, дай ей сил вынести это!». Был ли этот холод, ползущий по телу, от кольца или пришел другими путями, госпожа Диорич не могла понять. Но мысль о том, что вина в смерти этого человека, отчасти на ней была мучительна. Выполнить обещание, данное Абдурхану: сообщить Нурбану Дехру, кто убил его друга, Эриса так и не успела. Собиралась пойти вчера, но, как всегда, не вовремя появились люди Кюрая и увели ее члену Круга Высокой Общины.

За последнее время с Кюраем отношения разладились совсем. Три дня назад он даже не попрощался с ней и не проводил. Просто сказал мрачно: «Иди» и удалился в свои покои. И секс у них был такой… как дешёвая похлебка, которую не знаешь проглотить или выплюнуть. Ясно, что все сломалось у них намного раньше: в тот вечер, когда стануэсса вместо кровати в его спальне предпочла свою, в «маленьком неуютном домике» как выразился ее ненавистный любовник. Тогда и пошла самая явная трещина между ними. Бесконечно глубокая. И теперь они уже враги, хотя ни он, ни она пока еще ясно не озвучили это. Враги, особенно после того, как соглядатаи донесли ему всю правду о том, как Эриса прощалась с ростовщиком в порту перед самым отплытием «Ликруззы». Последний раз стануэсса виделась со своим ненавистным любовником вчера. Эриса чувствовала, как Залхрат скрипит зубами, но пока не могла понять истинных причин. А после того, как он унизительно и грубо овладел ей, все и прояснилось. Накричал на нее за то, что Эриса врала ему про отношения с Лурацием. Услышав ее ответ, вспылил еще больше. Несколько раз ударил госпожу Диорич по лицу. Больно ударил. Впрочем, больно не лицу, а сердцу. Стануэсса не заплакала — не хотелось проявлять перед этим мерзавцем ни толику слабости. Развернулась и ушла как была в порванном платье и горящим от гнева и побоев лицом. А он кричал ей вдогонку, называя «самой грязной сукой из всех живущих» и сыпля проклятиями.