Книга В поисках потерянной любви, страница 75 – Амалия Мо

Всё, что он услышал, ничего не меняло. Истина, прозвучавшая слишком поздно, не смягчила, не принесла облегчения, не стала искуплением. Она лишь подняла пепел. Напомнила, что для них он всегда был ошибкой, от которой нужно избавиться, чтобы перестать бояться.

— Моё сердце… – прорычал Аксель, поднимая светящиеся ненавистью глаза на Хекат.

— В теле той, что носит твоего ребёнка. Хочешь вытащу его прямо сейчас, но тогда она умрёт, – хрипло рассмеялась богиня, преодолевая боль в теле. Жизнь вокруг лишала её силы и ослабляла. Смерть знала, какой выбор сделает юный бог и просто наблюдала за смятением на его лице. – Это всё очень драматично, но мне пора возвращаться в свой храм.

— Вам нужно знать ещё кое-что, – медленно произнесла Ивэлин, в этот раз не понимая, как лучше подойти к следующей новости. – Фьори… Она выбрана, как следующая Смерть…

Огонь, пылающий вокруг утих, впитываясь в землю. Ивэлин сказала всё, что знала. Все видения, что показывала Амария, предостерегая свою предшественницу. Боги слишком долго жили в собственных мирах, храня тайны и плетя паутину интриг. Каждый думал о себе, боясь нарушения хрупкого равновесия. Сейчас привычный мир трещал, как разбивающееся зеркало.

— Что значит выбрана? – непонимающе спросила Вердис, не замечая, как у её ног змеились тонкие корни, готовые в любой момент кинуться на защиту хозяйки.

— Хекат? – глаза бога Знаний вспыхнули от удивления. Он больше всех желал узнать помыслы сестры и теперь слыша это, вкушал приятный трепет, но вместе с этим и страх.

— Одно дело Амария… она умерла, но ты… – Майнос задумчиво почесал подбородок.

Каждый пытался понять мотивы Смерти. И каждый понимал, что эта новость вновь нарушает привычный порядок вещей.

— Я тоже хочу уйти, – наконец ответила богиня, поднимаясь с колен. – Меня заменит выбранная мной оболочка. Она прошла почти все испытания. Как только дитя родиться, а бог Войны получит своё сердце – Фьори займёт моё место.

— Нет, – Акселю казалось, что он только подумал это, но когда все обернулись к нему, стало ясно, что он произнёс слова вслух.

— Глупец…

Последнее, что увидел бог Войны – чёрные губы, растянувшиеся в победной улыбке.

Злость клокотала в горле. Всепоглощающее чувство целиком захватило разум бога Войны. На мгновение он прикрыл глаза, позволяя ярости окутать тело, ощущая, как её сила течёт под кожей.

Когда он услышал подтверждение от Хекат… Последнее, что Аксель запомнил, – испуганные голубые глаза и искусанные губы, мелькнувшие в памяти…

Майнос первым покинул священную поляну, вспоминая, что совсем недавно видел нечто похожее во дворце. Тогда Обману казалось, что лицезреть гнев Акселя воочию – весело. Сейчас он понимал: это зрелище грозится стать последним в его жизни.

Ксантр среагировал быстрее, чем был способен. Он схватил Ивэлин, оттаскивая её в сторону от Вердис, вокруг которой сплетались корни. Богиня Любви и Ненависти не ожидала такого, но возразить не успела…

Замахнувшись со скоростью, не присущей обычному человеку, Аксель рассёк воздух и сделал выпад вперёд. Эйтра стояла достаточно близко, чтобы её божественное сердце ощутило смертельный удар.

Судьба не видела происходящего привычным взором. Она чувствовала мир иначе: через тонкие линии судьбы, которые вплетались в саму суть людей. Но боги людьми не были, их нити были ей недоступны, а потому сейчас она ощущала себя полностью слепой, ориентируясь лишь на звуки биения сердца. У каждого брата и сестры оно билось по-разному, и потому она всегда знала, кто стоит перед ней.