Книга Брачная ночь попаданки, страница 30 – Ольга Иконникова

Возможно, по их мнению, эта и была смешной, но мне она таковой не показалась. Уверена, что и девушке тоже.

После этого были заданы еще несколько вопросов, показавшихся мне ужасно сложными, но она ответила на них уверенно, хотя экзаменаторы и предприняли несколько попыток поставить ее в тупик.

Мне показалось, что ее ответы совсем не обрадовали тех, кто задавал ей вопросы. Они посовещались, и седобородый мужчина объявил выставленную оценку:

— Семь баллов!

— А каков максимальный балл, ваша светлость? — прошептала я.

— Десять, — ответил он.

Девушка вышла из аудитории, и председатель комиссии тяжко вздохнул.

А секретарь уже вызывал на экзамен следующую абитуриентку.

— На экзамен приглашается мадемуазель Кэролайн Беранже!

Едва он объявил это имя, как его светлость хотел подняться из-за стола. Должно быть, он собирался выйти из аудитории, дабы не смущать свою несостоявшуюся невесту своим присутствием.

— Пойдемте, Ариана! — тихо сказал он.

Но я сделала вид, что не услышала его. Как я могла пропустить именно эту абитуриентку? И поскольку я осталась сидеть за партой, герцогу не оставалось ничего другого, кроме как тоже остаться тут.

Кэролайн были заданы те же вопросы. Какие магические стихии она знает и кто такие элементали. И если на первый вопрос она ответила правильно, но с ответом на второй затруднилась. Потом не без помощи экзаменаторов она всё-таки вспомнила, что элементали связаны со стихиями, но вот какой элементаль какой стихии соответствует, сказать не смогла.

И ее тоже спросили, почему она решила поступать именно в Аледанскую академию. И она гордо ответила, что эту академию оканчивал ее отец.

Как ни странно, но на этом ее экзамен был закончен. Я подумала, что это связано с тем, что ее знания показались им недостаточными для поступления, и они просто решили не подвергать ее дальнейшей экзекуции. Но когда председатель комиссии, даже не посчитав нужным посоветоваться с коллегами, громко объявил: «Десять баллов!», я не сдержалась и охнула.

Его светлость бросил на меня укоризненный взгляд, а председатель покраснел и закашлялся.

— Идемте, Ариана! — теперь тон ректора уже не допускал ни малейших возражений.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍И я послушно пошла к дверям вслед за де Шеврезом. Мы в молчании прошли по коридору, но когда, миновав приемную секретаря, оказались в уже знакомом мне кабинете, я не смогла не сказать:

— Но это же нечестно, ваша светлость! Знания мадемуазель Беранже куда слабее, чем у той девушки, что экзаменовалась до нее!

— Возможно, — невозмутимо откликнулся герцог. — Но вы же понимаете, что у мадемуазель как там ее, кажется, Букер нет столь влиятельного отца. Наша академия не может пренебрегать такими полезными связями.

В этом не было ничего нового, но я была возмущена до глубины души.

— Но ведь когда в академию принимают таких студентов, как Кэролайн, это значит, что они лишают возможности поступить сюда тех, кто заслуживает этого куда больше. Подумайте об этой бедной девушке, которая мечтает здесь учиться, но которой не хватит баллов обойти мадемуазель Беранже, как бы она ни старалась!

Он собирался ответить мне, но наш разговор был прерван стуком в дверь.

— Ваша светлость! — на пороге возник секретарь Жером. — Только-только доставили почту! А вы просили незамедлительно сообщить вам, как только придет письмо из Тоснийского монастыря.