Книга Между звезд и руин, страница 168 – Тая Север

Он углубил поцелуй, и я ответила ему с той же жаждой, с той же необузданной страстью. Его руки скользили по моему телу, оставляя следы, а я прижималась к нему всё ближе, словно пытаясь стать ещё ближе, ещё неразделимее.

В комнате становилось всё жарче, воздух наполнялся ароматом желания, а наши сердца бились всё чаще, подгоняя друг друга в этом безумном танце.

Но что-то внутри меня разгоралось с каждой секундой всё ярче — нестерпимая боль, похожая на тысячи крошечных иголочек, вонзающихся в сердце. Словно невидимый барьер, сотканный из противоречий и сомнений, возник между нами, хотя его руки по-прежнему крепко держали меня.

Я не узнавала себя. Каждая клеточка моего тела кричала от желания быть ближе, принадлежать ему полностью, без остатка. Но в то же время что-то глубоко внутри меня сопротивлялось, билось в агонии, словно запертая птица, пытающаяся вырваться на свободу.

Как такое возможно? Ведь я люблю его — люблю так сильно, что готова отдать свою душу, раствориться в нём без остатка. Я принадлежу ему — телом, сердцем, мыслями. Тогда почему же на душе такая тяжесть, словно на грудь положили камень?

Моё дыхание стало прерывистым, а руки, обнимающие его шею, слегка дрожали. Я хотела прижаться к нему крепче, раствориться в его объятиях, но что-то удерживало меня, не давало полностью отдаться этому чувству.

Это было похоже на борьбу с самой собой — одна часть меня рвалась к нему, другая отступала, создавая этот невидимый барьер, который становился всё ощутимее с каждой секундой. Я не могла разобраться в своих чувствах, не могла понять, что происходит.

Он отстранился немного, заглядывая мне в глаза, пытаясь прочесть в них ответ на свой немой вопрос. А я не могла ответить — не знала, что сказать, как объяснить это странное, раздирающее меня изнутри противоречие.

Любовь и страх, желание и сомнение, страсть и тревога — всё это смешалось во мне, создавая бурю эмоций, которую я не могла контролировать. И от этого становилось ещё тяжелее, ещё больнее, словно моё сердце разрывалось на части.

Его голос прозвучал мягко, почти нежно, но я почувствовала в нём беспокойство. Ксар отстранился немного, заглядывая мне в глаза, и в его взгляде читалась искренняя тревога.

— Ты в порядке? — спросил он, проводя рукой по моей щеке. Его прикосновение было таким тёплым и успокаивающим, но внутри меня всё ещё бушевала буря противоречивых чувств.

Я попыталась улыбнуться, но улыбка вышла вымученной и дрожащей.

— Сама не знаю, — прошептала я, отводя взгляд. — Мне что-то нехорошо.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Я чувствовала, как его пальцы слегка сжимают. Моё дыхание стало прерывистым, а сердце билось где-то в горле.

Он притянул меня ближе, обнимая так крепко, что я могла слышать его сердцебиение. Его грудь вздымалась ровно и спокойно, в то время как моя собственная колотилась как безумная.

Его руки гладили мою спину, пытаясь успокоить, но я чувствовала, как напряжение между нами растёт. Он не понимал, что происходит, а я не могла найти нужных слов, чтобы объяснить это странное, раздирающее меня изнутри противоречие.

В его объятиях я чувствовала себя в безопасности, но в то же время что-то внутри меня кричало, требуя свободы. Это было похоже на борьбу с самой собой — одна часть меня хотела раствориться в его любви, другая отчаянно сопротивлялась, создавая всё более прочный барьер между нами.