Книга Четыре касания тьмы, страница 33 – Амалия Мо

Я не сообщил правду о смерти Юджа только потому, что не хотел утечки информации. Если кто-то запаникует, риск того, что меня возьмут под стражу до того, как я найду Розу, слишком велик.

Задаваясь вопросом, почему это дело доверили мне, я не раз приходил к выводу, что у служителей было не особо много вариантов. Они не могут самостоятельно вмешиваться в расследование, лишь косвенно помогать. А громкое имя одного из Верховных в деле не останется незамеченным среди первокровных.

В последнее время я очень много думал. Наверное, это естественная реакция, когда ничего не можешь сделать. Я пытался найти связи, отвечал на вопросы и убеждался в том, что не все ответы имеют логическое объяснение.

В первую очередь я не понимал, зачем Альвар похитил Розу. Какая в этом выгода? Он сделал заказ в виде девушек, за которых заплатит немалое количество сольдов. И при чём тут Берроуз?

Я гнал байк по дороге, попутно пытаясь сложить недостающие детали. Скорость помогала мыслям собраться, но недостаточно, чтобы собрать всё воедино.

Как бы там ни было, скоро я обо всём узнаю. Я выбью правду, если в этом вообще есть какой-то смысл.

Иногда плохие вещи происходят не потому, что у кого-то есть логика, а потому, что мир просто устроен так – хаотично, без объяснений, без справедливости. Люди ищут смысл, чтобы не сойти с ума, придумывают причины, словно боль легче пережить, если она вписана в какой-то порядок.

Но на самом деле нет.

Иногда зло случается просто потому, что может. Потому что кто-то оказался рядом. Потому что кто-то не успел. Потому что всё сложилось именно так, как должно было – без замысла и морали. И всё, что остаётся – либо принять, либо сгореть, пытаясь найти в этом смысл.

Я до сих пор пытался… Пытался разобраться в поступках тех, кто встал у меня на пути. Но причины меня волновали мало. Каждого в любом случае ждала ответственность.

Сомиль и Микаэла привели меня в подвал, где в железных ящиках хранилось оружие. Удивительно, но они не боялись, что я сорвусь и устрою тут перестрелку в желании выбраться. Правда я довольно быстро поняла, почему у них не было опасений…

Несмотря на близость к огнестрелу и мысли о свободе, я не могла протянуть руку, чтобы взять что-то. Моё тело покорно ждало команды.

— Альвар сказал, что ты отлично стреляешь. Значит учить тебя не придётся, – скользнув ногтем по корпусу автомата, сказала Сомиль. – Можешь сама выбрать пистолет, которым прикончишь Морвеля.

От реальности происходящего, я готова была кричать… Они говорили об убийстве так спокойно… Хотя я понимала: когда у тебя нет никого, кто дорог, чужие жизни становятся не более, чем пустяком.

Демиан… В который раз в голове всплывал его образ. Голубые глаза, смотрящие на меня прожигающе, низкий голос, которым он обращался ко мне, даже его прикосновения, противоречащие всему.

Когда я была в ИКВИ, Берроуз не раз отзывался о Демиане Морвеле, как об отбросе. Слишком беспечный, слишком безответственный, паршивая овца даже в своей семье… И когда меня назначили к нему в отряд, я думала о нём чужими мыслями, не удосужившись узнать с другой стороны. В принципе, мои мысли насчёт первокровных и без Берроуза были весьма плоскими.

Жаль, что мне пришлось пройти через персональный ад, чтобы понять, что не все первокровные зло…