Книга Четыре касания тьмы, страница 53 – Амалия Мо

И всё же… были те, у кого получалось. Астория Лойс, которую убили и у которой получилось создать препарат, снимающий симптомы актиризма хотя бы на время. От этой мысли даже актир перестал кидаться на дверь.

Если… Нет, об этом пока рано думать… Я не хочу дарить себе надежду.

Ещё был Арчи Брискофф – владелец клуба для первокровных и актиров. Я знала о нём только то, что рассказывали в ИКВИ. После обращения, он сам вырвал клыки и принёс их Верховному. Эта история не тронула меня в своё время, но сейчас я задумалась о том, что это, наверняка, стоило ему огромных усилий.

Возможно, не существовало универсальной схемы, как справиться со своей животной частью, но я должна попробовать. Хотя бы для того, чтобы посмотреть на маму без желания иссушить её.

А ещё… чтобы коснуться Демиана. Не как актир, с этой нестерпимой тягой, когда кожа зудит от голода, и запах крови становится сильнее разума.

Я вспомнила, как он впервые дотронулся до меня… Тот вечер, когда мы поехали в клуб, чтобы проверить Юджина. Он прижал меня к стене, в привычной манере с глупой улыбкой, а спустя время и вовсе поцеловал… Это было для дела, и я отчаянно пыталась убедить себя в том, что не испытала ничего особенного.

А теперь… Я знала: когда увижу его вновь, моё тело отреагирует не так, как сознание. Оно захочет убивать, а не ласкать.

Но внутри оставалась та, которая помнила, как Демиан смотрел, когда говорил. Как его голос срывался, когда он злился. И как за каждым словом пряталась боль, которую он никому не показывал. Именно до неё я хотела дотянуться – к живому и настоящему.

Я хотела увидеть в глазах не страх, не отвращение, а узнавание. Хотела, чтобы он понял: я всё ещё здесь. Пусть тело принадлежит зверю, но то, что осталось от Розы Левьер, тянулось только к нему.

За дверями послышались голоса, заставляющие прислушиваться. Острый слух актира безошибочно определил Риэля и…

— Лидия? – вырвалось так легко, будто я приобрела способность говорить вновь. – Лидия! Я здесь!

Район на окраине выглядел безжизненным. Тёмные окна – ровная линия, будто вымерших домов. Никто не подозревал, что за одним из спокойных фасадов творится очередное безумие Альвара.

Десять девушек… Десять жизней, которые он собирался превратить в расходный материал. Он вряд ли стал бы иссушать их всех разом, но и времени у него почти не осталось. План провалился, и теперь ему нужно было исчезнуть. Оставлять за собой такой след – идиотская самоуверенность, даже по меркам ублюдка вроде него.

Байк ревел слишком громко на пустой улице, поэтому я заглушил двигатель заранее и пошёл пешком. Здесь я раньше не бывал, но запах свежей крови резал воздух так отчётливо, что дорогу искать не пришлось: он тянул к одному конкретному дому.

Мои рецепторы обострились, будто я выпил живого человека накануне. То, что спало долгое время, очнулось и жаждало расквитаться так, как нужно было изначально.

Уёбок был уверен, что у него получится выйти сухим из воды и не подумал о безопасности. Я ощущал людей, но их было немного. Точнее, недостаточно, чтобы меня остановить. Сейчас в принципе не существовало силы, способной нарушить мои планы…

Дом был ухоженным, с виду – обычное тихое гнездо приличной семьи. Если бы не запах, я бы и сам поверил в иллюзию.