Книга Единственная для звездных адмиралов, страница 35 – Алиса Линд

Она сдавленно стонет мне в губы, выгибаясь, цепляется за мои плечи.

— Ты сама напросилась, малышка, — рву её дыхание своим голосом.

Её глаза маслянисто блестят, взгляд мутный, осоловелый.

— Заткнись уже, Люк, — выдыхает она и сама ловит мои губы.

Шрад, как же сладко!

Я опрокидываю её на койку, сбрасываю форму и забираюсь следом. Она не сопротивляется.

Она трётся о меня, сжимает пальцы на плечах.

Я стискиваю её бёдра, развожу и вхожу резко, без предупреждения.

Ши протяжно сладко стонет и выгибается мне навстречу, принимая меня полностью.

Я начинаю двигаться и… Проклятье. Это не нежность. Нежно не выходит.

Я вбиваю в Ши всю свою злость, всю свою ярость. Её пальцы царапают металл стены.

— О, шрад… Люк… — хрипло выдыхает она.

Я наклоняюсь и снова целую её, грубо, жадно, чувствую нарастающее в ней напряжение. Спустя ещё несколько глубоких на грани грубости толчков она взрывается. Её тело бьет крупная дрожь, она тесно сжимает меня внутри.

Я взрываюсь следом. Едва успеваю выйти и изливаюсь ей на живот. И опустошенно опускаюсь сверху. Опираюсь на локти, чтобы не раздавить. И снова ощущаю её горячее дыхание, которое облизывает мне ухо.

Она тяжело дышит, её грудь вздымается подо мной.

Я поднимаюсь на один локоть и провожу рукой по её коже, глажу по животу, чувствую, как пульсирует её тело после кульминации. Наклоняюсь и ласково целую в губы. Ши отвечает нежно.

Моё дыхание смешивается с её.

— Это не должно было случиться, — вырывается у меня, но звучит это неубедительно.

Ши медленно открывает глаза. Шра-ад. Я проваливаюсь и тону в этих синих омутах.

— Ты ведь тоже почувствовала, да? — произношу хрипло.

Она явно не вкуривает, что я спрашиваю.

— Связь, — поясняю. — Уловила?

Воздух вокруг нас тяжёлый и горячий. Ши неверно дергает подбородоком из стороны в сторону. Не признается, что ощутила, или не может понять, что чувствует?

Я поднимаюсь и надеваю штаны, беру с пола разорванный комбинезон и обтираю Ши.

— Неплохо бы тебя помыть, — добавляю с легкой досадой и набрасываю поверх её голого тела свою рубашку.

Я не любитель так свинячить, но спонтанность накладывает отпечаток.

Ши коротко кивает. Внезапно в трюме раздаются шаги.

Я замираю. Она тоже.

Я успеваю только укрыть её своей рубашкой, как спустя несколько секунд в дверном проеме показывается Рэйн.

Я слышу в камере приглушенный разговор. Похоже, Люк и Шивон таки помирились. Или нет?

Подхожу и останавливаюсь на пороге.

Картина передо мной слишком очевидная. Разорванный черный комбинезон валяется на полу. В камере стоит запах секса, который невозможно скрыть. Шивон лежит на койке, едва прикрытая светлой рубашкой Люка, щеки покраснели, грудь тяжело вздымается. Люк стоит рядом, голый по пояс, с видом, будто только что получил главный приз во всей грёбаной Вселенной.

Во мне вспыхивает короткий горячий импульс.

Не злость. Не осуждение. Но нечто раздражающе-жгучее пробегает мурашками от пальцев к голове, прежде чем я успеваю это подавить.

Люк скользит по мне взглядом, ухмыляется.

— Не стой в проходе, Рэйн.

Спокойный. Самодовольный.

Я не отвечаю. Его подколы меня не волнуют.

Я смотрю на Шивон. Её глаза блестят — от возбуждения или от усталости, не понять. Волосы взъерошены, губы припухшие, на ключице уже начинает проступать тёмный след от чьих-то — Люка, конечно же — зубов.