Книга Неугодная жена, или Книжная лавка госпожи попаданки, страница 10 – Леся Рысёнок

— Гарик, у меня есть ценная вещь, старинная, подарок. Возьми, она очень дорогая, только отпусти меня, пожалуйста, — блеяла я, шарясь в кармане в поисках подарка старика.

Наконец, нашла, вытащила и сунула на дрожащей ладони под нос насильнику.

Рассмеялся, запрокинув голову. А потом задрал мне руку кверху и прижал к стене.

— Хочешь побрякушкой отделаться? — осклабился он мне прямо в лицо. — Не выйдет. До конца жизни жалеть будешь, что не согласилась на мои условия.

Так мерзко на душе стало от понимания, что никто меня не спасет в этих дворах в субботний вечер, так страшно, что последние силы я вложила в отчаянный удар сумкой.

С гвоздями, молотком и толстой доской для стринг арта.

Скорее всего, с перепугу у меня сил прибавилось, потому что размах я взяла такой, что сумка смачно впечаталась несостоявшемуся насильнику в челюсть.

Я еще у меня наверное в голове помутилось, но мне показалось, что вместе с ударом сумкой из моей задранной кверху руки вылетела молния. Вполне такая натуральная, золотисто-белая молния. И ударила аккурат в темечко Гарику.

“Нет, этого не может быть! Не может же?” — думала я, боясь отлипнуть от стены и глядя на лежащего у моих ног парня.

Кать, какие молнии?

Но я видела и чувствовала покалывание в пальцах… Может магия?

Ты сама-то в это веришь? Какая магия? Тогда уж электрошокер.

Осмотрела на всякий случай подвеску. Ничего похожего на на место для батареек нет.

Присела на корточки возле тела парня.

Так, надо проверить пульс. Я читала. И у нас был мастер класс по первой помощи, я справлюсь.

Но руки не просто дрожали, они ходуном ходили и отыскать признаки жизни не получалось.

Ну же, Катя, ищи! Ты не могла на самом деле убить его?

Сумкой, может, и нет, а вот молнией запросто!

Электрошокером нельзя убить, они безопасны! Наверное.

В моей голове царил абсолютный хаос. Там как будто боролись адвокат и прокурор. Первый уверял, что все хорошо и ничего страшного не случилось, просто случайность. А второй, глядя на бездыханное неподвижное тело бывшего, рисовал мрачные перспективы тюремных застенков.

Поняв, что сама не справлюсь, собиралась позвать на помощь. Пусть Гарик подонок, но бросать его одного в таком состоянии нельзя. Я поднялась на ноги и, заслышав что сюда кто-то идет, хотела крикнуть, чтобы поторопились. Но странное дело, когда я уже набрала воздуха в легкие, ветер донес до меня голоса. Или это был не ветер, просто мои чувства, подстегнутый страхом обострились, и на грани восприятия, я услышала не менее жуткие вещи:

— Да где его носит? Обещал нам сладкую девочку, а сам свалил куда-то сюда. До ее дома не дотерпел что ли?

— Так может, там и подождем? — второй голос, — где она живет?

— В сталинке где-то, Гарик говорит девка с приданым, но строптивая. Но ничего, мы ее живо покладистой сделаем! — ответил первый, и все заржали.

А я спиной обратно в стену вжалась и принялась тихо-тихо отходить. “Они ведь не обо мне, нет?” — сознание отказывалось верить, что люди могут быть такими чудовищами.

Но что-то внутри кричало: “О тебе, о тебе! А найдут, так еще и не то сделают”.

Домой нельзя, а куда?

Марго! Позвоню ей! Ее свекр ведь поможет?

“Или засадит тебя за решетку и с чистой совестью закроет дело. Он хоть и принципиальный, но в твоем случае это еще хуже — прикончила парня-то ты!” — сомнения внутри заставили, бросив все, позорно бежать с места стычки.