Книга Неугодная жена, или Книжная лавка госпожи попаданки, страница 42 – Леся Рысёнок

Жаль, конечно, с лошадками расставаться, но их будут искать. Поэтому взяла кнут, и, размахнувшись, заорала:

— Н-но! Пошли залетные!

Ударить не смогла. У меня и первый раз это не особо получилось, только в ремне запуталась, так что просто хлопнула коняшку по крупу, передавая ему свой посыл.

Небольшая искра сорвалась сама, и кони рванули по дороге. Ну ладно, зато теперь я знаю, что магия при мне. Даже теплее на душе от этого стало, а то “выгорела — не выгорела”, да ну их всех, я маг и этим все сказано! Ноги только ослабли чуток после искорки, и голова закружилась, но это дело поправимое, главное перекусить и все наладится. Я читала, что маги после колдовства едой восстанавливаются.

Вот найду таверну и поем. Решив так, развернулась и пошла назад.

Что впереди я не знаю, а вот то, что увозили меня из города и довольно крупного — помню. К тому же в большом городе затеряться легче. Да и не ждет, скорее всего, никто, что я возьму и вернусь. Заслышав где-то впереди шум, на всякий случай сошла с дороги и присела в кустах. Дождалась, когда экипаж миновал меня, и двинулась дальше. Надеюсь это монашки проехали, и я с ними не встречусь больше.

Брела по обочине, пока шум не послышался сзади. Прикинула по времени — могли монахини найти нашу карету и убедиться, что меня в ней нет? В теории да. Но тогда логичней было бы меня по округе искать, так ведь?

Ладно, признаюсь, я просто устала. Ботиночки, что купил мне муж, были удобные, но ноги двигались, словно ватные, и коленки продолжали трястись. Наверное, я и правда схлопотала магическое истощение. К тому же после всех перипетий вымоталась эмоционально. Хотелось сесть под деревом, обнять себя и плакать. Но понимала, что стоит только начать себя жалеть и остановиться будет невозможно. Поэтому сначала ночлег, а потом буду слезы лить и на судьбу роптать.

Подняла руку, в надежде, что извозчик поймет это как сигнал остановится.

Так и случилось. Карета притормозила, обогнала меня, а потом все-таки остановилась.

Молясь, чтобы в ней оказались не монахини, подошла.

— Ты кто? Тоже в академию идешь поступать? А почему пешком? — вопросы сыпались горохом, не давая придумать, что сказать. — И только с саквояжем? Он магический, с расширением пространства и облегчением веса? У меня есть похожий, я сама чаровала. Дашь посмотреть, я будущий артефактор!

Из кареты выскочила молодая девушка в дорожном костюме и принялась беззастенчиво рассматривать меня. То, что меня приняли за абитуриентку, заставило задуматься — это в каком возрасте у них в Академии поступают? А совершеннолетие когда наступает? Во многих книгах девушки под опекой до замужества или хотя бы до диплома. А попаданки на Киуроне вообще должны опекуна иметь, насколько я из той книги поняла. Вдруг я тоже недееспособная по местным меркам?

— Госпожа, вы слишком навязчивы, — из кареты высунулась женщина в возрасте и тоже оглядела меня, но совсем другим взглядом. Скорее настороженным и подозрительным.

И правда, шляются тут всякие по дороге без охраны, без защиты. Без кареты…

— Добрый день, милые дамы. Меня зовут Катрин, и так получилось, что я осталась без кареты. Если вы будете столь любезны и согласитесь подвести меня, буду вам весьма признательна. Ваши хлопоты я, разумеется, оплачу. А саквояж — подарок, так что даже не знаю, какие у него есть свойства, но если хотите, можете осмотреть его, — сказала я, улыбаясь как можно располагающе.