Книга Змеиное жало, страница 22 – Таис Буше

Она сладко кончила и упала на кровать. Ноги дрожали, да и вообще не сводились. Саг укутал ее в одеяло и лег рядом, уложив голову Тэи на свою руку.

— Отдыхай.

— А где Сиар?

Саг весь напрягся и ревниво проговорил:

— Он будет спать у себя.

Тэя провела рукой по его мощной шее, покрытой черными татуировками, по бицепсу, который был напряжен, и перевела на грудь.

— Саг, пожалуйста, не злись, но спать мы должны втроем.

— Нет.

Тэя понимала, что нельзя позволять Сагу так доминировать и ревновать, но она совершенно не знала, как разрядить обстановку. Совет Наиль ей бы сейчас очень помог.

Тэя вдруг села в кровати и резко спросила у Сиара:

— Я могу связаться с Наиль?

— Но церемония, нам лучше не мешать.

— А завтра? Я смогу поговорить с ней завтра?

— Конечно. У вас будет свободное время...

— Сиар, — зарычал Саг, — Ляг и заткнись.

Иос лег рядом с укутанной Тэей и обнял ее под тихое злое клекотание Сага. Тэя сжала его руку, а второй обняла Сага.

— Давайте спать, мои альфы. Я очень устала.

Аписы все-таки улеглись и расслабились, но заснули лишь после того, как Тэя крепко уснула первой.

Дион

Ошейник больно врезался в шею, и Дион сжала зубы, чтобы погасить рвущийся хрип. Каз-эв не церемонился, дергал цепью, смотрел со злостью, будто Дион враг.

— Прекрати, — прошипела Дион, глядя на мощного аписа. Его черный рисунок на теле так опасно сливался с темнотой каюты, что Дион могла лишь выхватывать его светлые волосы, да оскал зубов.

Сильные пальцы Каз-эва сразу сомкнулись на ее шее выше ошейника.

— Ты смеешь приказывать мне?

— А ты без насилия не возбуждаешься? — прошипела в ответ Дион. И, закономерно, получила очередной рывок цепи. Каз-эв был в ярости. Из него словно сочилась ненависть.

Дион перехватила рукой цепь и дернула на себя. Она не смогла бы ее вырвать из рук аписа, но заставить смотреть на себя — да.

— За что ты так ненавидишь меня? — спросила она прямо.

Киар вдруг выставил руку и сказал:

— Каз, не смей. Иди успокойся в санблок.

— Киар...

— Иди! — повысил голос иос, и Каз-эв послушно ушел.

Киар сел на кровать и расстегнул ошейник. Снял его. Откинул на пол. Дион сразу же схватилась за покрасневшую кожу и принялась массировать.

— Прошу, не принимай его агрессию, как ненависть к себе. Мы с ним росли вместе, знаем друг друга много сезонов и никогда не собирались становится апионами. Всегда мечтали о воинской службе, добились ее, а потом попали в плен к хименам. Это наши самки, Дион. Мы вынуждены так тяжело находить своих ниэ лишь потому, что наши собственные слишком кровожадны и опасны. Мы становимся оплодотворителями, пока нам не выжгут мозги и не скинут в общую могилу. Как ты понимаешь, мы сбежали. И наш Улей посчитал, что мы обязаны передать свои сильные гены. Здесь у нас тоже началась «веселая» жизнь: куча тестов, восстановление здоровья и выбор без выбора. Каз злится не на тебя, а на свое бесправие. Мы просто очень устали, — договорил с грустной улыбкой Киар.

Дион слушала его и не могла уложить в голове жестокость, внутри которой жила целая раса. Почему же химены так ненавидят аписов? Почему такой красивый народ страдает?

— А вы всегда так оплодотворяли, как сейчас? — задала неожиданный вопрос Дион.

Киар слегка нахмурился, видимо, пытаясь вспомнить и неожиданно ответил: