Книга Княжна Разумовская. Спасти Императора, страница 11 – Виктория Богачева

По правде, на прикроватной тумбе в спальне лежала аккуратная стопка каких-то записок, конвертов, посланий… Но я к ней даже не притрагивалась — просто не знала, что с ней делать.

— Скверно, очень скверно, — она недовольно втянула носом воздух. — Я целый год убила, хлопоча перед Ее Императорским Величеством о твоей помолвке! А ты выкинула такой фортель, Варвара! Если князь откажется от своего слова… Бог мой, какой же будет позор! Ты до конца жизни носа из дома не высунешь. Ни одно приличное общество тебя не примет…

— Он не возьмет свое слово назад. Он благородный человек, — наугад ответила я.

Мне наконец улыбнулась удача, и представилась идеальная возможность вытянуть у тетушки больше информации, поскольку и сам князь Хованский, и обстоятельства нашей помолвки, и поступки прежней Варвары оставались для меня тайной за семью печатями.

— … и не захочет стать благородным оленем, — едко ответила тетушка, выразительно на меня посмотрев.

— Я ни в чем таком не замешана!

— Тогда зачем ты наговорила князю тех глупостей? Да еще и в салоне! И меня в это втянула. Я тоже хороша, — она закусила губу и поднесла ладонь к глазам, сверкнув бриллиантовым браслетом в свете новомодных керосиновых ламп, что освещали столовую наравне со множеством свечей. — Доверилась тебе, дрянной девчонке. Поверила, что ты и впрямь хочешь узнать жениха поближе, взяла с собой в салон… Ах, какой позор, какой позор!..

Кира Кирилловна покачала головой и поправила волосы, уложенные в высокую прическу.

— Смотри же, Варвара, больше ни единому твоему слову не поверю! — она сердито хлопнула сложенным веером о ладонь и отвернулась от меня, пригубив вина.

Ужин мы заканчивали в тягостном молчании, и я сбежала в спальню при первой же возможности. Пока Соня помогала мне переодеться в ночную сорочку и разбирала мою прическу, я все пыталась понять, как так вышло, что Варенька Разумовская, девица восемнадцати лет, выросла столь неприятной особой?

Обманула тетку, опозорила жениха, а тем самым — отца, семью и себя. Служанка ее побаивалась, а другие слуги, напротив, с довольными улыбками слушали строгую отповедь Киры Кирилловны и ничуть княжне не сочувствовали.

— Назавтра доктор приедет, барышня, — шепнула Соня, когда я уже улеглась в постель.

Я кивнула и взгляд упал на стопку карточек, что лежали на прикроватной тумбочке.

Я потянулась к ним и бегло просмотрела. Несколько надушенных открыток с легкомысленным почерком от девиц — вероятно, подружек или знакомых Варвары. Краткое письмо от отца, лишенное сердечности, которой я почему-то от него ожидала. Самой последней мне в руки попала простецкая, безликая визитка. На ней строгим, летящим почерком твердой рукой было выведено: «Надеюсь, Вы в добром здравии. Князь Х.»

А на следующее утро меня ждала встреча не только с доктором. Незадолго до обеда сообщили, что в особняк приехал князь Хованский.

Глава 5.

По этому поводу Кира Кирилловна развела бурную деятельность. В помощь Соне она позвала своих служанок, и девушки собирали меня в шесть рук. Присутствие посторонних людей в комнате мешало сосредоточиться; из-за постоянной болтовни разболелась голова.

— Это славно, это очень славно, — возбужденно шептала тетушка, придирчиво осматривая разложенные на кровати наряды. — Что он приехал сам. Добрый, добрый знак.