Книга Запретное притяжение Альфы, страница 120 – Сандра Лав

— Что за шум? — этот голос подействовал на меня сильнее заставляя вздрогнуть.

Мишель. Она вышла из своей комнаты, и время для меня остановилось. Её лицо, еще сонное и мягкое, в мгновение ока исказилось от удивления. Её глаза расширились, когда она увидела меня.

Сердце предательски забилось быстрее, отдаваясь болью в ране.

Мне было странно невыносимо видеть этот страх в её глазах. Я хотел встать, расправить плечи, показать, что я все еще её защитник, но вместо этого смог лишь глухо застонать, когда Майк попытался осмотреть мою рану.

Мишель

Я замерла, вцепившись в дверной косяк так сильно, что колышки врезались в ладонь, но этой боли я не чувствовала. Всё моё существо было сосредоточено на мужчине, сидевшем в центре комнаты.

Вальтер. Могучий, несокрушимый Альфа, который казался мне воплощением первобытной силы, сейчас выглядел пугающе уязвимым. Его дыхание было тяжелым, рваным, каждый выдох сопровождался едва слышным хрипом. Челюсти сжаты так, что на скулах гуляли желваки, а по виску стекала капля пота, блестя в тусклом свете ламп.

Я не могла отвести взгляда от обломка стрелы, торчащего из его плеча. Дерево казалось чужеродным, омерзительным в его плоти. Кожа вокруг раны начала темнеть, покрываясь сеточкой вздувшихся вен — яд действовал быстро, отравляя его благородную кровь.

Когда он выругался, этот низкий, рокочущий звук прошил меня насквозь, заставляя внутренности сжаться в тугой узел.

В груди поднялась странная, тягучая боль. Это не была моя физическая рана, это было что-то другое — эхо его страданий, которое отозвалось во мне вопреки всякой логике.

Я должна была злиться на него, должна была держаться подальше, но моё сердце предательски ныло от этого вида.

Сглотнув, продолжаю в упор смотреть на этого мужчину, который странно влияет на меня. Вальтер грязно выругался откинувшись на спинку стал, раскинув свои широкие ноги.

Майк действовал быстро и грубо. Треск разрываемой ткани прозвучал в тишине слишком резко. Ошметки рубашки упали на пол, обнажая широкую грудь Вальтера, покрытую старыми шрамами и свежей, дымящейся кровью.

— Черт— выдохнул Майк, и в этом коротком слове было столько тревоги, что у меня перехватило дыхание.

Делия металась у печи, гремя тазами. Эдгар, бросился за чистыми тряпками. А я всё стояла, пригвожденная к месту собственным оцепенением. Морок окутал мой разум: я видела его силу и его падение одновременно, и это зрелище ломало что-то внутри меня.

И тут он поднял голову. Наши взгляды встретились. В его глазах, затуманенных болью и лихорадкой, всё равно горел тот самый неистовый огонь.

— Удивлена? — его голос, хриплый и надтреснутый, разрезал тишину, заставив меня вздрогнуть всем телом. В этом вопросе была и горечь, и вызов, и какая-то скрытая надежда, которую я побоялась разгадать.

Я заставила себя выпрямиться, хотя каждый вдох отдавался в моем собственном раненом боку небольшой болью .

Ладонь, прижатая к животу дрожала. Я совсем не ожидала его здесь увидеть.

Шаг, еще один. Я подошла к столу, стараясь не смотреть Вальтеру в лицо, но его взгляд — тяжелый, обжигающий, буквально пригвождал меня к полу.

Почему он так смотрит? В этом взгляде не было мольбы о помощи, только какая-то дикая, первобытная жажда разгадать меня, пока его собственная жизнь медленно вытекала вместе с темной кровью. Мои пальцы, когда я коснулась края таза с водой, мелко дрожали, и я сжала их в кулаки, пряча свою слабость.