Книга Вернуть истинную, страница 178 – Сандра Лав

Я прижал его к себе, ещё раз вдохнув его запах, ощущая, как его волчонок становится сильнее с каждым днём. Этот едва уловимый, но такой знакомый аромат дикой силы, просыпающейся в нём. Чувствую, как его маленькая сущность порывается наружу, зовёт меня.

Только рано. Как же ещё рано. Моё сердце сжималось от предчувствия его будущего, от желания защитить его от мира, который ждал его. Но пока, сейчас, в этот момент, он был просто моим сыном, и я был просто его папой, крепко держащим его в своих руках.

— Ну, тренировался? — спросил я, и мои пальцы тут же метнулись к его бокам, начиная щекотать.

Ник взвизгнул от смеха, его тело затряслось, он извивался в моих руках, пытаясь отбиться маленькими кулачками.

Его смех был таким заразительным, таким чистым и звонким, что эхом отдавался в моей груди, наполняя её невероятной теплотой.

Я опустил его на землю, но игра на этом не закончилась. Он тут же принял боевую стойку, копируя мои движения с такой серьёзностью, что я едва сдержал улыбку.

Мы стали игриво обороняться и нападать, его крохотные ручки пытались дотянуться до меня, а я с легкостью уворачивался, лишь иногда позволяя ему коснуться моей руки.

Несколько раз я, конечно же, побеждал, аккуратно укладывая его на землю, не причиняя ни малейшего вреда.

Я поддавался, намеренно ослабляя хватку, чтобы его азарт разыгрался ещё сильнее, чтобы он почувствовал вкус борьбы и желание победить.

В последний раз, когда я осторожно повалил его, Ник неожиданно перекатился и оказался сверху, торжествующе распластавшись на моей груди.

Его щеки были раскрасневшимися, волосы растрёпаны, а глаза сияли от восторга. Он дышал тяжело, но в его взгляде не было и тени усталости — только абсолютная, безудержная радость победы.

— Я выиграл, пап! — моё сердце защемило от такой пронзительной любви. Я крепко прижал его к своей груди, вдыхая его запах, ощущая тепло его маленького тела.

— Молодец, сын, произнёс я, мой голос звучал чуть хрипло от нахлынувших эмоций.

— Но тренироваться нужно ещё больше, если хочешь быть таким же сильным. Я поднялся, держа его на руках, и аккуратно отряхнул с его спины пыль.

Он посмотрел на меня огромными, полными решимости глазами, глазами моей ведьмы.

— Я хочу быть таким же, как ты, пап! Ты же научишь меня пользоваться ножами, дашь свой нож, ты обещал! Мой смех озарил всё тренировочное поле.

Это был громкий, искренний смех, полный отцовской нежности и лёгкого лукавства. Я нагнулся к нему, легонько щёлкнул его по кончику носа.

— Обещал? Интересно, когда это я успел пообещать? — прищурился я, видя, как он задумался, пытаясь вспомнить. А сам, не мешкая, вновь нагнулся к нему, пряча за спиной небольшой свёрток, который так и рвался наружу.

— Ты обещал! Он вскинул голову так деловито, так серьёзно, что я чуть не расплылся в улыбке.

— Говорил, что дашь! Сказал, если я тебя выиграю, то отдашь!

— А зачем тебе мой нож? Я нежно погладил его по голове, и в этот момент вынул свёрток из-за спины, протягивая ему.

— У тебя будет свой. Его глаза загорелись ещё сильнее, расширились. Он вскрикнул, его радость была такой бурной, что он тут же прыгнул на меня, обхватывая ногами.

— Ура! Ура! Ура! У меня свой нож! Ура! Он стал целовать меня в щёку, в лоб, куда только мог дотянуться, а я лишь посмеивался, прижимая его к себе.