Книга Сквозь огонь и кровь: Путь к истинной, страница 97 – Сандра Лав

— Мэдисон, яопустила голову, чувствуя, как горячие слёзы скатываются по щекам. Смахнула их тыльной стороной ладони, но это было бесполезно – они текли сами по себе, выдавая моё смятение.

— На нас напали волки — начала я, стараясь говорить ровно, но мой голос предательски дрогнул, срываясь на полуслове.

— Нужно было что-то сделать.

— Огонь, я вызвала его сама, нужно было что-то делать против волков, я не знала как быть,мне нужно было защитить нас.

Со слезами на глазах взглянула на Гареда, надеясь, что он поймёт меня, что это всё только ради защиты.

— У него на спине рана, — продолжал он, его взгляд скользнул к перевязанному телу Хьюго.

Моё поведение, каждый мой жест, каждая интонация кричали о том, что я пережила. Это было невозможно скрыть.

— Ведьмы напали на нас, когда Хьюго спас меня — прошептала я, чувствуя, как внутри всё сжимается от воспоминаний.

— Началась погоня, попали в него.

— Твой голос — Гаред звучал задумчиво, с оттенком недоумения.

— Как он появился?

Я молчала. Молчала, потому что признаться самой себе в истинной причине было страшно, не говоря уже о том, чтобы сказать это кому-то другому.

Осознание того, что мой голос вернулся из-за страха за Хьюго, причиняло какую-то новое щемящее чувство в груди, оно словно цвело, разрастаясь всё больше и больше.

Я закрыла глаза, ощущение слабости, которое всё ещё окутывало моё тело, нахлынуло новой волной. Каждый мускул ныл.

— Мы остановились у одной ведьмы по пути, — наконец произнесла я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее, хотя это было непросто.

— Она дала мне специальные травы. Говорила, что я заговорю. Вот так и получилось.

Я облегчённо вздохнула, чувствуя, как напряжение немного отпускает. Это была полуправда, но сейчас она казалась единственным выходом.

— Не буду больше мучать тебя вопросами, Мэдисон, — услышала я его голос.

— Остальное спрошу у твоего истинного.

Его слова заставили меня вздрогнуть. Истинный.

Эта мысль была одновременно и утешительной, и тревожной. Я снова открыла глаза, чувствуя, как в груди зарождается странное смешение чувств: облегчение от того, что Гаред перестал настаивать.

От переживаний искусала свои губы. Волнение за Хьюго не уходило. Оно лишь усиливалось, становилось всё сильнее, пронизывая меня насквозь.

Сердце колотилось в груди с такой силой, будто пыталось вырваться наружу.

— Тебе нужно отдохнуть, Мэдисон. Ты еле держишься, да и поесть тоже необходимо,

попытался он мягко, но настойчиво увести меня.

— Можно я посижу здесь немного? — спросила я, взглянув на него с мольбой в глазах. Мои глаза, наверное, были полны отчаяния. Гаред странно смотрел на меня, потом на Хьюго, словно взвешивая что-то.

— Оставайся, — наконец произнёс он.

— Я прослежу, чтобы Илиану держали подальше от тебя.

Я благодарно улыбнулась ему, чувствуя, как в груди разливается тёплое облегчение.

Гаред оставил меня наедине с ним.

В этой внезапной тишине, нарушаемой лишь слабым, прерывистым дыханием Хьюго, всё остальное перестало иметь значение.

Мир сузился до этой комнаты, до этой кровати.

Осторожно, словно боясь потревожить хрупкий сон, я протянула свою дрожащую руку.

Кончики пальцев коснулись его ладони. Я осторожно сжала её,помня о словам Гареда.

Зачем? Не знаю. Просто мне это было необходимо.