Книга Собеседование, страница 131 – Крис Юэн

Марк и Люк обернулись на меня.

Время остановилось.

Я смотрела на мужа.

Было так странно это осознавать: я смотрела на мужа. Невозможное действие, которое стало реальным. У глаз залегли глубокие морщины. Он похудел.

Но это был он.

Хотела бы я описать, что тогда почувствовала. Но не могу.

Попробуйте представить: все, чего вы безумно желали, оказывается перед вами, но вы знаете, что сейчас у вас это отнимут.

Я содрогнулась. У меня не осталось сил.

Мне надо было подойти к нему. Я хотела к нему прикоснуться.

— Отпусти их. – Мой надтреснутый голос звучал как будто издалека. Слова требовали огромных усилий. – Пожалуйста. Отпусти их, и давай поговорим. Я понимаю тебя. Я…

— Нет. – Джоэль вздернул подбородок. – Все кончено, Кейт. Мне жаль. Я дал себе слово, что сделаю это. Я пообещал ей. Я поклялся не допустить, чтобы виновные ушли безнаказанными.

Рваный ритм моего сердца ускорялся, и я ничего не могла с этим поделать.

— Тебе не в чем обвинить Марка. Вини MarshJet, или Фергюса Марша, или Доминика Норта. Вини того, кто устроил диверсию на самолете. Вини…

— Почему бы мне не обвинить их всех?

Мне казалось, что я смотрела на человека, балансирующего на краю узкой площадки в сотнях метрах от земли. На человека, собирающегося с духом перед прыжком.

— Хочешь – вини, – ответила я. – Но не делай этого. Чего ты добьешься?

— Я провел жизнь в маленьких комнатках, Кейт. Вроде тех, в которой сидели мы с вами. Я охотился за правдой. Но знаете, чем все всегда заканчивалось? Правда никогда не уходила далеко за пределы этих комнаток. Она оставалась при мне и при моих заказчиках. Они избавлялись от нее или перевирали в свою пользу. Ни полиции, ни правительствам нельзя верить. Нельзя полагаться на суды и правосудие. Всех можно купить, все – сфальсифицировать. Вы ведь теперь и сами это понимаете. Но в этот раз все будет иначе. В этот раз я заставлю правду выйти наружу. Хватит с меня гигантских тайн в маленьких комнатках. Больше никаких стен. Потому что только так у правды могут быть последствия. Только так можно победить этих людей.

— Так разреши мне помочь. Я могу тебе помочь. То, чего ты хочешь, – моя работа. Я это умею.

— Ты уже мне помогла.

Он медленно шагнул вперед, наводя пистолет Марку на голову.

— Нет! Пожалуйста.

— Отвернитесь, Кейт.

— Даже если бы Марк был в том самолете, я бы ни за что не стала бы делать того, что ты сейчас делаешь. Я не верю, что тот человек, ради которого ты это хочешь сделать, на самом деле хотел бы этого.

— Что ж, Кейт, в этом, видимо, и есть разница между нами. Потому что это мое последнее задание. Мне уже нечего терять.

У него тряслись руки. Он закусил губу.

Марк не смотрел на него. Он смотрел на меня. Улыбнулся. Я увидела в его взгляде горе. Но еще в нем светилось принятие. Я думаю, что так Марк хотел дать мне понять, что в глубине души всегда думал, что этим все и кончится: он верил, что заслужил это. И примирился с таким исходом.

— Я люблю тебя, – сказал он мне. – Я всегда буду любить тебя.

У меня вырвался всхлип. Я так устала. Я иссякла. В груди сверкнула парализующая боль. Я уловила, как в кончиках пальцев бьется сердце, и стала оседать, заваливаясь на бок.

— Что ты с ней сделал? – спросил Люк. – Сердце, Кейт? Пожалуйста, дай мне ей помочь. Я видел в холле дефибриллятор. Я бы мог…