Онлайн книга «Искатель, 2007 № 08»
|
Я завалился правым боком на сиденье — и салон осветился. Луч держался на машине секунд десять. Осветитель, видимо, сомневался: остался ли кто-нибудь из актеров в этих опустевших декорациях или спектакль уже закончился и пора отправляться на ужин? Я слышал, как заработал мотор мотоцикла, видел, что луч фонаря погас, но все еще лежал, не торопясь предъявлять себя потемневшему миру. Когда я принял вертикальное положение, часы на приборной доске показали двадцать два сорок. По самым осторожным подсчетам, мотоцикл выедет на центральную трассу минут через пятнадцать. Значит, если я не хочу с ним встречаться, я должен был бы въехать в поселок в двадцать три часа. Еще пятнадцать минут уходит на то, чтобы добраться по кривым улочкам к дому Ля-ля. В итоге имеем двадцать три пятнадцать — время занятия окопов противника. Я остался доволен собой. Математика была моим самым любимым делом после поиска пропавших мужей, поэтому всякая ошибка в вычислениях исключалась. Окно величиною в полчаса безраздельно находилось в моем распоряжении. Я намеревался поискать что-нибудь из содержимого мешка. Слишком уж вольным был его полет, чтобы оставить после себя так мало воспоминаний. На самой дороге рыскать не имело смысла. Тот, с фонарем, прошелся фронтально. Спускаюсь на обочину. Зажигаю спичку. Наклоняюсь. Осматриваюсь, щуря глаза. Ничего. Свет в аудитории гаснет. Конец первой лекции. С тем же результатом, что и первая, гаснет вторая спичка. Зажигаю третью. Лабораторные работы продолжаются. В полусогнутом состоянии исследую то, что никакой дурак до меня и никакой дурак после исследовать не будет: комья грязи, травинки, мокрые листья, смятая сигаретная пачка, обрывок газеты. Всё! Третья спичка жжет пальцы. Зажигаю четвертую и пятую вместе. Освещения больше, эффекта никакого. На шестой спичке меня посещает печальная, как мироздание, мысль о том, что вот так, чиркая спичками и сгибаясь, я могу пройти города, проселки и степи и выйти, наверное, к Черному морю. Но на это уйдет вся жизнь. И только седьмая спичка приносит удачу: треугольный лоскут материи. Совсем сухой, нежный, теплый. Зажигаю восьмую спичку и внимательно осматриваю находку. Царственно-черный цвет. Шелковистый ворс. Бархат — знакомая вещь. Возвращаюсь в машину. До высчитанного мною срока пока есть время, и я палочкой аккуратно счищаю с туфель грязь. Начисто вытираю их мягким бархатом. Образовавшийся грязно-мокрый комочек забрасываю в кусты. Улица не имела левой стороны. Конец поселка, юго-восточная окраина города. Под четными номерами — богатые двухэтажные дома, под нечетными — темная степь и темное небо с более темными пятнами облаков. Обогнув угловой двор Ля-ля и миновав ворота, я подкатил к маленькой железной калитке. Она выходит в квадратный безымянный тупичок. Именно отсюда Ля-ля обожает принимать своих друзей, врагов, клиентов и любовниц. Кроме того, мне уж никак не хотелось, чтобы мой приезд хоть как-то ассоциировался с приездом мотоцикла. Мы с ним из разных опер и потому выходим на сцену с противоположных кулис. Нажимаю на кнопочку звонка под полукруглым жестяным козыречком. Нажимаю еще раз. Во дворе зажигается свет. Слышен щелчок открывшейся двери и высокий, немного сладковатый голос Ля-ля: — Секундочку-секундочку! Еще немножечко… еще терпения… и я уже совсем рядом с вами. |