Онлайн книга «Искатель, 2007 № 10»
|
— Спроси у нее, когда будем выходить, — улыбнулась Лючия. Я промолчал. Когда мы выходили, в закутке под лестницей сидел незнакомый мне парень и читал «Реппублику». Внутри моего «Фиата» уже с утра было жарко, я открыл все окна, Лючия села рядом со мной, и, пока машина пересекала город, а потом мчалась по шоссе мимо Монтевеккио и Сардони, мы слушали друг друга и вспоминали, нам было что вспомнить, и я боялся, что опять все забуду, хотя, конечно, понимал, как это глупо. Мне казалось, что дорога нарисована на холсте масляными красками, а небо небрежно натянуто сверху, чтобы отгородить нас с Лючией от космического холода… Мы остановились у отделения полиции, и я попросил Лючию подождать в машине. — Хорошо, — сказала она. — Ты ведь недолго? Процедура получения ключа действительно заняла всего три минуты — сержант Андреотти не сделал попытки пойти со мной, у него были дела поважнее, чем посещение квартиры исчезнувшего инвалида. Он повертел в руке мое удостоверение и небрежно сунул мне в ладонь большой ключ, которым, по-моему, можно было открыть все, что угодно, включая сейф в государственном банке. Он даже не спросил, знаю ли я адрес, не сказал, что мне делать с печатями и кому отдать ключ после осмотра. Его не интересовало ничего, кроме какого-то числа на экране, которое он изучал так внимательно, будто это была дата Конца света. Впрочем, может, так и было — у каждого свой Финал, который может случиться в любое, самое неожиданное для окружающих время. — Синьор, — обратился я к карабинеру, дежурившему у входа, — не скажете ли, как проехать на улицу Вольтерьянцев, нам нужен дом четырнадцать. — Это где инвалид жил? — оживился скучавший карабинер. — Вы его знали? — Нет, — с сожалением сказал карабинер. — Он почти не выходил из дома, да это и, понятно, в коляске по нашим улицам ездить небольшое удовольствие; правда, сейчас стали наконец делать пандусы, нашли время, власти всегда дожидаются, пока что-то случится, вон на перекрестке, видите, там ступеньки были… — Так как нам проехать… — По Мелитоне прямо, за светофором направо. Дом номер четырнадцать оказался обычным четырехэтажным строением, Гатти жил на втором этаже, и мы с Лючией поднялись по довольно крутой лестнице (как он только тут перемещался вверх и вниз в своей коляске?), нас никто не остановил, в небольшой прихожей даже и закутка не было для привратника. На двери квартиры Гатти была приклеена полоска бумаги с парой блеклых печатей, и у меня сложилось впечатление, что бумагу эту уже несколько раз срывали и приклеивали обратно. Соседи? Скорее всего. Кому еще нужно было… — Я войду первая, — сказала Лючия, и я посторонился, пропуская ее вперед. Лючия прошла через маленькую гостиную на кухню и остановилась, глядя на пустую инвалидную коляску и раскрытый ноутбук на раздвижном столе. Кто-то когда-то прибрал грязную посуду — тарелки аккуратно стояли в сушилке, и остатков бутерброда, о которых упоминал Антонио, тоже не было. Я подошел и обнял Лючию, она взяла меня за руку, я думал, что ее заинтересует компьютер — в его памяти, возможно, хранились файлы, которые были для нее частью личности, по чьей вине случилось… что? — Ты хочешь, чтобы я сам посмотрел записи? — спросил я. — Нет, — сказала она. — Ничего не трогай. |