Книга Фаза Быстрого Сна (REM), страница 65 – Себастьян Фитцек, Анника Штраус

— Йорг верил, что мир после смерти существует. По крайней мере, для души. И он хотел сделать возвращение возможным. Он пытался убедить меня высвободить то, что живёт в тебе…

Казимир захрипел, но справился с собой.

— Зачем?

— Потому что он считал: этот КБИ — душа Хелен — не злой, а добрый. Своего рода противоядие. Он надеялся получить через Хелен нечто вроде вакцины. Антидот, способный уничтожить разрушительных КБИ в головах всех остальных людей.

И его вводят пациенту в глаз, — содрогнувшись, вспомнила Алисé слова Амира.

— Но ты в это не верил? — спросила она Казимира.

Он покачал головой.

— Тогда — нет. Но я сомневался. А сегодня думаю: что, если Йорг всё-таки был прав? Я снова и снова терзался, снова и снова хотел попросить тебя приехать. Попросить тебя надеть сомнакуляр. Освободить Хелен.

— Я теперь вообще ничего не понимаю, — подал голос Марвин от верстака, нанизывая бусины на нить.

— Подожди, это не имеет смысла, — возразила Алисé дяде.

Ведь если Казимир говорил правду, монстры высвобождались из голов людей после того, как те надевали очки и засыпали. Но она-то надела сомнакуляр ещё тогда, в детстве — до того, как провалилась в озеро. И она засыпала! Следовательно, Хелен — или как ни назови это существо, этот КБИ, если он вообще существовал, — не могла по-прежнему находиться у неё в голове.

— Я ведь наверняка уже давным-давно выпустила Хелен, ещё ребёнком. Зачем мне снова надевать эти очки? Я уже видела тогда свой самый страшный кошмар. И помню, что нечто пыталось выдавиться наружу через мои глаза.

— Ты была слишком мала, — объяснил Казимир.

Он протёр усталые глаза.

— Я выяснил это в ходе своих исследований. Всё связано с префронтальной корой нашего мозга — командным центром планирования, принятия решений и контроля импульсов. Мало кто знает, что эта важнейшая часть мозга зачастую полностью формируется лишь к двадцати двум годам. У некоторых — только к двадцати пяти.

— И лишь тогда кошмары высвобождаются? — спросила Алисé.

— Самое позднее, — ответил Казимир и перевёл взгляд на Марвина. — Иногда префронтальная кора достигает достаточной зрелости уже в пубертатном возрасте. Всё зависит от степени развития конкретного человека.

— Чего это ты на меня уставился? — спросил Марвин, но Казимир проигнорировал его.

— Поэтому я должна была получить завещание только после двадцати пяти? — заключила Алисé.

— Какое завещание? — Казимир посмотрел на неё с удивлением.

— То самое, которое мне передала твоя адвокат, эта Эмилия Бергманн. С таким очарованием, надо сказать. Именно поэтому я и решила, что ты тоже мёртв. Она сказала, что я унаследовала этот отель от тебя и моего отца.

Казимир почесал бороду и медленно покачал головой.

— Я не знаю никакой Эмилии Бергманн.

ГЛАВА 53.

Алисé почувствовала, как её мгновенно накрыло опустошающей усталостью. Конечности стали тяжёлыми, словно налились свинцом, голова закружилась. Пол уходил из-под ног, комната вращалась.

Лишь когда чьи-то руки подхватили её и мягко усадили, ясность вернулась. А вместе с ней — волна жара, захлестнувшая с головой. Лавина информации и бессонница отняли последние силы.

— Полегчало? — спросил Марвин, встревоженно заглядывая ей в лицо. Его всё ещё перепачканное сажей лицо оказалось совсем близко.