Книга А затем она исчезла, страница 14 – Клэр Дуглас

Разуваюсь и вешаю пальто, стараясь успокоиться, прежде чем войти в комнату. По телевизору идет футбол. Играет команда не из числа любимых Рори, но это не важно: он готов смотреть любой матч. Сейчас он помешивает на сковородке фарш и краем глаза следит за игрой. Поверх джинсов и футболки на нем надет фартук, на котором спереди изображен мускулистый мужчина в розовых трусиках с оборками, – это подарок на Рождество от одного из его братьев. Пользуясь тем, что он стоит ко мне спиной, прохожу к балконным дверям и выхожу на воздух; делаю несколько глубоких вдохов, отчего легкие начинают немного болеть. Пора завязывать с курением, но после пережитого страха я остро нуждаюсь в сигарете. Облокотившись о перила, наслаждаюсь ветром и каплями дождя, бьющими в лицо. Если закрыть глаза, можно представить себя плывущей по морю. В квартире у меня иногда возникает ощущение клаустрофобии. Если б не вид на берег, я бы никогда не стала здесь жить. Смотрю на реку – темную и неприветливую при таком освещении. Наверное, я ожидала бы увидеть притаившуюся поблизости фигуру, но никого нет. Виден только мост Виктория^[14], яркие огни которого отсвечивают в воде.

Мы не планировали переезжать в Бристоль, хотя я выросла неподалеку. Но когда сестре Рори, Ифе, предложили более высокую должность в фармацевтической компании в Амстердаме, она разрешила нам жить в ее квартире при условии оплаты ипотеки. Это предложение было как нельзя кстати – у нас появилось место, куда можно было сбежать подальше от Лондона, от «Трибьюн» и всего того, что пошло наперекосяк. И вот мы живем здесь почти год, а квартира так и не стала нашим домом. Это дом Ифы: на стенах висят ее фотографии; мы спим на купленной ею дорогой французской кровати; гостиную украшает уникальный диван, к которому страшно приблизиться. Нашим домом до сих пор я считаю квартиру Рори в Стритхэме, куда в свое время частенько убегала от своих надоедливых соседей. И все же я благодарна Ифе. Дешевая аренда помогла нам финансово: моя зарплата резко уменьшилась после перехода из национального издания в местную газету, а Рори пока не может найти постоянную работу и подрабатывает преподавателем на полставке. Рори от многого отказался ради меня, и, когда мы решили покинуть Лондон, он робко спросил, не хотела бы я переехать к нему.

Как только Рори замечает, что я дома, он выходит из кухни и тут же выключает телевизор. Он знает, что я ненавижу футбол.

— Ради меня не надо, – говорю я, подходя к нему и нежно целуя в губы.

— Ты же знаешь, я смотрю футбол только для того, чтобы быть в курсе и уметь поддержать разговор, а иначе мои братья сотрут меня в порошок.

— Конечно, конечно. Самому тебе плевать на футбол, – говорю я, стараясь не улыбаться.

Это наша привычная шутка. Рори делает вид, что обычные мужские радости ему не близки, но мы оба знаем, что он любит футбол.

Иду в спальню под предлогом, что нужно высушить волосы. На самом деле хочу еще раз выглянуть в окно. Оттуда открывается отличный вид на всю улицу. По булыжной мостовой рука об руку движется молодая пара – явно подшофе, уж слишком громко смеются и явно поддерживают друг друга, чтобы не упасть. Через дорогу – заброшенное здание на стадии перепланировки под квартиры. Кто это там стоит в дверном проеме?.. Прижимаю лицо к стеклу – просто игра теней, бояться нечего.