Онлайн книга «Исчезновение»
|
— Да… мне надо сесть… – Оливия чуть не падает на скамью. Дженна осторожно берет у нее букет и кладет рядом с розами. — Вы очень бледная. – Она роется в сумке. – У меня есть бутылка колы, хотите? Оливия берет ее и делает глоток. Кола теплая, но сладкая, что сейчас очень кстати. Дженна присаживается рядом, цветы лежат между ними. — Спасибо, – говорит Оливия, возвращая бутылку. – Нога… шла долго. — Подвезти вас домой? Оливия, скорее, просидит здесь всю ночь, чем сядет в одну машину с Дженной Халлидей. — Нет, спасибо. – Она понимает, что ее тон резковат. — Мне очень жаль Ральфа, – неожиданно говорит Дженна. Хотя чего удивляться? Ясно, что журналистка знает, весь город уже в курсе. – Думаю, прошлой ночью на меня напал тот же человек. — Что? – Оливия не верит своим ушам. – На вас вчера ночью напали? Дженна рассказывает длинную историю о том, как она поехала за Дейлом, пошла за ним в лес, чтобы узнать подробности убийства, и как кто-то стукнул ее по голове. — Хорошо, что Дейл отвез меня в больницу; пришлось зашивать рану… — Во сколько это случилось? Дженна задумывается. — Наверное, около десяти, точно не помню. Оливия пытается сообразить, кто и почему мог это сделать. Она вернулась домой к десяти. Слава богу, ей не пришлось идти от Уэзли пешком. — Мне очень жаль, – говорит она в повисшей тишине. – Представляю, как это страшно. Оливии хочется встать и уйти от этой женщины, несмотря на то что она сейчас так мило держится. Но не факт, что нога позволит ей добраться до дома. Она вынуждена общаться с Дженной, что, наверное, приводит ту в восторг. — Оливия… – Дженна говорит неуверенно. – Когда подкаст появится на Би-би-си, может, вы что-то вспомните… — Например? — Ну, не знаю. Может, обратите внимание на какую-нибудь мелочь, которая до этого казалась неважной… Может, вспомнится кто-то, кого вы видели в тот день, но теперь вам покажется, что он вел себя подозрительно… Или, если ваши подруги похищены, вдруг кто-то сознается в этом преступлении… Не исключаю, что кто-то из родственников вдруг решит, что в тот день странно вел себя сын, отец или муж. Или в последующие дни… Оливия никогда не смотрела на все это под таким углом. Она вздыхает. Возможно, Дженна права. — Уэзли сошел бы с ума, если б я стала разговаривать с вами или любым другим журналистом. Он даже слышать об этом не хочет. — Правда? Почему? — Он не доверяет властям. Полиции, прессе, правительству… — Хмм… – Дженна садится поудобнее. — Он просто пытается меня защитить. — Я это понимаю, но речь идет о выпуске подкаста. Я не пишу статьи в таблоиды. И там будет всего-навсего короткий разговор с вами. О том, что случилось той ночью. Вы расскажете своими словами, как захотите. Кроме вас с Ральфом, там никого больше не было. А теперь… Оливия низко опускает голову, и последние слова повисают в воздухе. Теперь она – единственный свидетель. Никто не сможет обвинить ее в том, что она говорит неправду. Все, что она скажет и согласится записать, никто не сможет извратить. Действительно, ей, наверное, стоит согласиться на интервью. Она наконец-то обретет голос, сможет контролировать то, что говорят вокруг, остановит бесконечные домыслы. Людям придется ее выслушать. Она наконец скажет, что произошло той ночью. Все на этом закончится. |