Книга Моя новая сестра, страница 31 – Клэр Дуглас

Вечером того же дня я сижу на краю своей только что застеленной кровати. В моей комнате все еще царит беспорядок: коробки – некоторые пустые, некоторые по-прежнему полные – навалены вокруг меня, ящики комода распахнуты, являя взгляду одежду, которую я запихнула туда, стопка книг опирается на плинтус, угрожая в любой момент рассыпаться. Я беру в руки наш с Люси снимок в простой рамке – я распаковала его и поставила на прикроватную тумбочку. Мы с сестрой, веселые и загорелые, обнимаем друг друга за плечи и улыбаемся в камеру. Это фото было сделано во время отпуска в Португалии, где мы были с Каллумом и Люком – летом, незадолго до смерти Люси. Мы ушли с пляжа и сидели на набережной, ожидая, пока Люк вернется с мороженым, а Каллум, у которого всегда был наготове фотоаппарат, решил сделать несколько снимков. Эта фотография стои́т – или лучше сказать «стояла»? – на прикроватных тумбочках у нас обеих, у меня и у Люси. Интересно, что случилось с ее фотографией? Может, мама забрала ее, когда пришла убирать комнату Люси? Я тогда была слишком подавлена, поэтому позволила своей бедной, убитой горем матери сделать это вместо меня. Чувство вины до сих пор гложет меня. Я ставлю фотографию обратно.

Небо затянуто дымкой, переливается фиолетовыми и оранжевыми оттенками, солнце вот-вот скроется из виду за рядом домов напротив. Вечерний ветерок проникает сквозь приоткрытое окно, принося с собой аромат скошенной травы и костров. Я закрываю глаза и глубоко вдыхаю запах лета. «Я здесь, наконец-то я здесь». И если подумать, попасть сюда оказалось проще, чем я могла себе представить. За шесть коротких недель мне удалось стать частью ее жизни.

В приоткрытую дверь моей спальни тихонько стучат. Я открываю глаза и вижу длинную ногу в джинсовой штанине и льняной рукав. Я нетерпеливо спрыгиваю с кровати, заставляя матрас протестующе заскрипеть.

— Привет, – смущенно говорит Бен. – Можно войти?

Я пожимаю плечами:

— Если хочешь.

— Прости, что не позвонил тебе, но, когда рядом Би, это сложно. Ее правила, ты же знаешь.

— Ничего страшного, наверное, это все равно была не лучшая идея, – бесстрастно отзываюсь я.

Эхо голосов, веселый смех Пэм и звон столовых приборов свидетельствуют о том, что остальные все еще на кухне, и я ногой закрываю дверь в полутемный коридор. Поворачиваюсь к Бену лицом, замечая, как он опускает глаза от моих слов.

— Очень жаль, – роняет он. – Потому что я не могу перестать думать о тебе с той вечеринки.

— Правда? – Меня злит, что я произношу это с таким нетерпением.

Он берет меня за руку. Мы находимся в нескольких сантиметрах друг от друга, глаза у него темные в полумраке, царящем в комнате, взгляд напряженный. Мое сердце бешено стучит, меня колотит нервная дрожь. Не знаю, кто делает первое движение навстречу, но вдруг выясняется, что мы целуемся, его руки запутались в моих волосах, а мои ладони гладят теплую мягкую кожу его спины под рубашкой. Я не испытывала такого сильного желания со времен отношений с Каллумом. Я прижимаюсь к Бену всем телом, так что нас разделяет только одежда. Его напряженный член упирается мне в живот, а его зубы покусывают мои губы. Я не знаю, как долго мы целуемся, но в конце концов понимаю, что в комнате уже стало темно. Затем Бен резко останавливается, мягко отталкивая меня, так что я чуть не спотыкаюсь об одну из своих коробок.