Книга Труфальдино, страница 41 – Роман Путилов

В любом случае тянуть с расставанием не стоило, я вызвал для блондинке «такси» и отправил ее навстречу семейному счастью.

Так что конец лета я встретил в страшном миноре и, наверное, Алла Петровна Клюева, мою бывшую любовницу и мать моей дочери Кристины Яновны Клюевой, вместо имени отца которой в свидетельстве о рождении стоял прочерк. Новая владелица магазина и мой очень крупный дебитор весь июль звонила мне про телефону и требовала, чтобы я написал завещание в пользу ее дочери, объясняя это тем, что ей якобы был плохой сон. Доставала своими требованиями она меня так плотно, что мне закралась мысль, не хочет ли моя бывшая женщина меня «заказать». Не знаю, на что рассчитывала «новая русская», только Алла здесь просчиталась — своего имущества у меня практически не было, кроме белой «Нивы» с уже значительным пробегом. Даже из квартиры я выписался, совершив обратный обмен с бабушкой и формально прописавшись в квартиру родителей, после чего бабуля немедленно подала заявление о приватизации своих квадратных метров. Кончились притязания Аллу тем, что я заявил ей, что рапорт о том, кого надо «трясти» в случае моей гибели я положил в служебный сейф, который вскроют сразу, как только со мной что-то случится, а звонить мне я прошу только в случае, если она соберется досрочно гасить задолженность передо мной.

Кстати о приватизации — Алла все-таки выкупила свой магазин, нанеся в последний момент своим конкурентам удар денежным мешком, полученным в качестве беспроцентного займа от фирмы «Незимида». Пока моя бывшая женщина праздновала победу, ощущая себя собственницей торговых площадей (доли своих работников, она по своей привычке, не замечала) я отнес в городское БТИ договор о залоге, и на документах на магазин появилась соответствующая отметка.

После этого Алла наняла бригаду шабашников, с целью снести все временные простенки и увеличить площадь торговых площадей, а сама со своим грузчиком на остатки денег укатила на отдых в солнечный Сочи, заодно желаю прикупить там пару норковых шуб, что было ей положено носить по новому статусу. Кристину Яновну эта ветреная женщина оставила какой-то своей подруге, сама же наслаждалась теплыми волнами Черного моря, крепким кофе по-турецки, шашлыком и объятиями грузчика Никиты.

Магазин, в котором трудилась Света, которая в ближайшие дни собиралась сменить девичью фамилию на Ломову, был также успешно приватизирован, причем без особых треволнений, в отличии от магазина Аллы. Накануне аукциона какие-то негодяи подпалили заднюю стену здания неказистой торговой точки и вид обугленных бревен надежно отпугнул потенциальных инвесторов. Аукцион дважды переносился, по причине отсутствия, желающих поучаствовать в этом веселом аттракционе, после чего организаторы снизили первоначальную цену на двадцать процентов и спихнули торговый неликвид в люмпенизированном районе трудовому коллективу. Я в данной приватизации естественно не участвовал, но тут произошла типичная для данного времени история «головокружения от успехов» — директор, а теперь и основная владелица магазина стала жить не по средствам. Золотой унитаз она еще не купила, но несколько беспроцентных займов на тех же условиях, что и Алла, у нашей фирмы она взяла. Людей подкупало слово «беспроцентный», но только постоянная инфляция нещадно гнала вверх курс доллара по отношению к рублю, и чтоб рассчитаться по краткосрочному займу надо было не тратить торговую выручку магазина на себя любимую, а гасить долг хотя бы частично. Но новая хозяйка откладывала все это на потом, постоянно занимая новые суммы для расчета с поставщиками.