Книга Представитель по доверенности, страница 58 – Роман Путилов

Мадам Новикова, несмотря на безумный взгляд, правильно поняла, что означает черная дырка, дымящегося ствола, направленного в ее сторону, и, быстрым шагом, скрылась в комнате, под шум шагов бегущих снизу людей.

— Епта! — вырвавшийся вперед, более легкий, Брагин сунулся к лежащему участковому, но я его остановил — ты врач? Перевязать сумеешь?

— А? — Виктор, стоя на коленях перед раненым, растерянно смотрел на меня.

— Ты доктор? Аптечку из машины взял?

— Сейчас! — Виктор вскочил на ноги и было бросился вниз, но я успел схватить его за рукав.

— Стой! — я бросил короткий взгляд на лестницу, по которой, держась друг за друга, появились, отдуваясь Наташа и Руслан.

— Наташа, дуй назад, ищи телефон и вызывай «скорую» и милицию. Главное адрес правильно назови, скажи, что участковый ранен, проникающее ножевое ранение, в живот или что-то еще не понятно. Давай, милая.

— Так, вы оба…- я ткнул пальцем в оперов, бывшего и действующего и шепотом продолжил: — Что будем делать? Там обезумевшая женщина с ножом, и ребенок лет пяти. Она за стенкой в комнате прячется…

— Что вообще здесь случилось? — Руслан махнул рукой Брагину и они, ухватившись за ворот шинели, оттащили охнувшего участкового в сторону, ближе к лестнице, чтобы не запнуться о его тело.

— Я не знаю. Мы стучались долго, потом дверь распахнулась, и капитан лежит, а тетка перед моим носом ножом здоровым машет… и что с лифтом? М то на нем поднимались.

— Лифт на пятом этаже стоит, с открытыми дверями.

— Хреново. Как раненого вниз тащить с седьмого этажа…- я шагнул в коридорчик квартиры и постарался заглянуть за угол и мне это удалось — я успел заметить кого-то, прижавшегося к стене за косяком дверной коробке и услышать сдерживаемое дыхание.

Вернувшись на площадку, я зашептал:

— У нее там ребенок, не знаю, живой — неживой. Пока она с ребенком, я стрелять в нее не буду, но и безоружным тоже не пойду.

— Надо ОМОН ждать…

— Руслан, ты уверен, что здесь ОМОН есть? — я пожал плечами: — Тут городок, типа нашего Цементограда, я не уверен, что у них в крае несколько ОМОНов.

Может вы попробуете сверху к соседям постучать и зеркальце на палке вниз опустить, чтобы видеть, что она там делает?

— Ты здесь один справишься?

— Да я то справлюсь, если она на прорыв не пойдет, то, надеюсь, нормально будет.

В жизни всегда есть место подвигу. И каждый подвиг имеет фамилию, имя и отчество человека, который этот подвиг допустил своими неумелыми или преступными действиями.

Пока я изображал активность, стоя в коридоре квартиры и пытаясь наладить диалог в затаившейся за углом теткой, выставив в качестве единственного оружия перед собой металлическую вешалку, мои «гвардейцы» поднялись выше, с кем-то там поговорили, а через несколько минут я почувствовал, как под шерстяной шапкой на моей голове, встают колом волосы…

Я шагнул вперед и несколько раз ударил дюралюминиевой вешалкой по косяку, так, что зазвенели все трубки и крючки, с единственной надеждой — чтобы женщина за стенкой не отвлекалась от меня и не дай Боже, не посмотрела на балкон…

Очевидно, на восьмом этаже зеркальца и палки не нашлось, но нашлась веревка, на которой несколько спустили на балкон седьмого этажа, более легкого, но официально- абсолютно гражданского гражданина Брагина. Виктор, к моему недолгому облегчению, соскользнул с перил балкона вниз, пригнулся, так что над подоконником осталось торчать только часть его головы, после чего начал пальцами, через стекло делать мне отчаянные знаки, из которых я условно понял, что женщина стоит за стенкой, держа нож в руке, а ребенка Брагин не видит.