Онлайн книга «Ничего личного»
|
— Милая девушка… — Я вам не девушка! – почему-то окрысилась госпожа следователь. — А, судя по голосу – очень милая девушка. Но, если я вас чем-то оскорбил, то простите старика… — Давайте вернемся к сути разговора. – сухо потребовала «немилая девушка». — Давайте вернемся. Только вы скажите, с какой целью мне позвонили. — Хорошо. Я вас вызываю на допрос по факту поступившего на вас заявления. Когда мне вас ждать? — Никогда. — Что? Повторите. — Я говорю, что ждать меня не надо… Наверное, я говорил что-то не то, так как генеральный, слушавший наш разговор на параллельном аппарате, прижав трубку к уху плечом, успевал делать какие-то странные жесты, как будто кого-то душит. — Вы очевидно не понимаете серьезность своего положения… — Да нет, это вы не понимаете серьезность положения. Мне тут мой юрист сказал, что вы мне должны номер уголовного дела назвать. Я слушаю. — Что вы слушаете? — Номер уголовного дела хочу узнать, по которому меня куда-то кто-то вызывает. — Я не кто-то, а следователь и я вам представилась. — Вашу фамилию, имя, отчество, Олеся Дмитриевна я записал, осталось только номер дела записать. — Дело пока на стадии возбуждения… — Вот когда возбудитесь, тогда звоните. Всего вам доброго… — Стойте! Вы что, совсем ничего не понимаете? — Я как раз понимаю. Без номера дела нет допроса. А во-вторых, у меня нет денег, чтобы к вам, в такую даль, ехать. У нас задержка в выплате заработной плате шесть месяцев… — Но вы же генеральный директор! — Я от коллектива не отрываюсь. Так-что, девушка, возбуждайте дело и приезжайте к нам в Город, допрашивайте меня сколько хотите. А я сам никуда не поеду. Я, все-таки директор огромного завода, к тому же зимой пережил покушение, кстати, до сих пор не раскрытое милицией, в которой вы служите. Так что, по кляузе какого-то жулика… — Флейшман вовсе не жулик, он руководитель… — Девушка, скажите, на какую сумму кто-то заставил Флейшмана подписать какие-то бумаги? — На двести шестьдесят тысяч. — Вам самой то не смешно? У меня две тысячи сотрудников трудятся, а я буду людей нанимать, чтобы поехали куда-то на Алтай, чтобы выбить с него зарплату одного рабочего за пять – шесть месяцев. Он хоть наличкой рассчитался? — Кто? Флейшман? Он бумаги подписал… — А, я вспомнил, о ком вы сейчас говорите. Это один из должников, с кем мои юристы судятся в вашем местном арбитраже. Так вот, что я вам скажу – если из-за каждого должника, которых у моего предприятия пару сотен, меня милиция будет дергать, мне проще завод закрыть, так как работать в таких условиях невозможно. Я вам, как мне юристы подсказывают, совет дам – отказывайте своему Флейшману в возбуждении дела, и отправляйте его в суд. А если вы что-то там продолжите возбуждать, то я сегодня же обращусь к нашему прокурору и в городскую администрацию, что вас ответчик по гражданскому делу подписал, уж не знаю, за какие блага, оказывать на меня давление. Мне кажется, что нам не стоит больше разговаривать. До свидания. — Павел! Ты что наговорил? – директор, несмотря на травму, навис на до мной, как разъяренный медведь. — Присаживайтесь, Григорий Андреевич. – я мигом освободил кресло генерального: - Перестаньте нервничать, ничего она вам не сделает, а я всю правильно сказал, да еще и все это напишу на имя нашего и их прокурора, а вы все это подпишите. Не будем сразу бить по рукам – замучаемся отбиваться. Навалятся со всех сторон и вас без последних портов оставят. Кстати, как там дела с подполковником Осокиным? Вы мне сказали, что сами с ним переговорите, и чтобы я к нему не лез. |