Книга Бомж, страница 51 – Роман Путилов

— Ты чьих будешь, смерд? — заговорил кудрявый цитатой из какого-то исторического фильма.

— Исполать тебе, служивый! — я, ерничая, совершил поясной поклон. Почти коснувшись рукой пола: — Человек я государев, при Разбойном приказе обретаюсь…

Видимо у кудрявого здоровяка знания старорусского языка ограничивались уже произнесенной фразой, поэтому он что-то недовольно буркнул и уткнулся в свои бумаги.

— Ты где был, Громов? У тебя же…- черноусый судорожно листал потрёпанный ежедневник: — Во! Ты еще месяц назад должен был к работе преступить. Где шлялся?

— Болел…. Сильно очень. — я виновато понурил голову.

— Бухал ты, а не болел. Иди теперь в кадры, пиши рапорт на увольнение — не хочу я больше тебя покрывать, задолбал ты уже меня своими выкрутасами. Скажи, Владимир Николаевич? — усатый повернулся за поддержкой к кудрявому, как я понимаю, исход из записей в моем ежедневнике, который я усердно изучил, заместителю начальника уголовного розыска.

— Да-да, Александр Александрович! — закивал головой капитан или майор Донских: — Я с этим алкашом работать точно не собираюсь. На хрен? Вон в кадры заявку сбросим, и они нам быстро парочку оперов найдут А этот пусть в народное хозяйство идет, там как раз по нему работа есть — быкам хвосты крутить…

— Ну что встал? — начальник розыска нервно стал прикуривать сигарету от, постоянно ломающихся, спичек: — Вали в кадры, не занимай должностную единицу.

— До свидания, зла на меня не держите. — я встал и быстро пошел к двери.

— Стой Громов! — гаркнул начальник несколько растеряно, наверное, я ему воспитательный процесс поломал: — Ты институт то свой закончил?

— Да. — я кивнул головой, из вчерашних разговоров на родительской дачи я понял, что государственные экзамены я сдал и даже выпил сто грамм коньяку с отцом за это событие.

— Ну что, Николаевич, дадим этому бездельнику и прогульщику еще один шанс? — честное слово, уровень актерской игры начальника розыска находился на удручающе низком уровне: — Садись. Короче, твою линию работы мы другому человеку передали, а тебя переводим на первую зону, так как ответственную работу тебе поручить нельзя. Так-что иди и сразу включайся в работу…

Я хрен его знаю, что такое первая зона и с чем ее едят, так что, мне оставалось только старательно кивать головой и смотреть в рот начальству со сдержанным трудовым энтузиазмом. Как я понял, моя прошлая работа была вполне спокойная и перспективная, и на нее поставили кого-то, приближенного к «личности императора», а меня бросили в какую-то вонючую дыру, а вот отправить меня в отдел кадров для оформления увольнения начальники сейчас не могли, тем более, что я лично и качественно проредил стройные ряды группы по тяжким преступления.

— Все, иди Громов, работай! — начальник розыска досадливой махнул в мою сторону рукой — наверное я его подвел, не стал просить отставить меня в рядах МВД, не дал никаких клятв и обещаний.

— И чтобы вечером раскрытие было! — в дверях меня нагнал начальственный окрик. Я обернулся, но начальник уже склонился над очередной бумагой. Часы над его головой показывали двенадцать часов дня.

Я вышел из кабинета, плотно прикрыв дверь и завертел головой, пытаясь понять, где пресловутая первая зона, ничего не нашел и двинулся на выход, где, теньке, под старым тополем был припаркован мой «Ниссан», где, взаперти маялся, черный пес по кличке Демон.