Книга Бомж, страница 82 – Роман Путилов

— А я правильно понимаю, что этот экскаватор должен стоять на учете в Ростехнадзоре? У них же должны быть сведенья, кому она принадлежала, до того, как вы, уважаемые, ее сняли с учета?

По потемневшему лицу Виталий Владимировича, я понял, что копаю в верном направлении.

— И еще… я обошел экскаватор с кормы: — Он же на пневматическом ходу, может сам передвигаться по улицам? Значит должен в ГАИ был регистрацию проходить. Значит так. Я выставляю здесь пост из вооруженного сотрудника уголовного розыска и служебной собаки…

Я размотал короткий поводок, обмотанный вокруг ошейника Демона и сунул его в руку ошарашенного Кролика.

— Сразу предупреждаю — кто подойдет ближе десяти метров к технике — потом не обижайтесь, что собака покусала и вам надо делать сорок уколов в живот в целях профилактики бешенства. А мы пока с заявительницей съездим в Ростехнадзор и МРЭУ ГАИ, выясним вопрос с регистрацией. Засим не прощаюсь, до окончания рабочего дня еще увидимся с многими из вас. Пойдемте, Мариам Степановна.

— Гхм… товарищ милиционер и вы… гхм, Мариам Степановна — можно с вами переговорит наедине. — директора мехколонны просто плющило от нежелания говорить с нами, но, очевидно, он не видел иного выхода.

— Мариам Степановна, видите ли в чем дело, голубушка, мы просто не хотим с вами ругаться и доказывать очевидное, тем более, что машина уже списана…

— Если вы не против, я переведу даме особо сложные технические термины. — я влез в разговор, чувствуя, что этот прожжённый, еще советской закваски, руководитель зальет тридцатилетней тетёхи уши сиропом и оставит ее ни с чем: — Уважаемый директор хочет сказать, что он понял, что попался, поэтому готов отдать вам эту разукомплектованную развалину, при условии, что вы заберете заявление из милиции. Я правильно перевел вашу мысль, товарищ директор?

— Ну, естественно нет! — директор изобразил крайнее возмущение.

— Хорошо, тогда расскажите, в чем я не прав.

Виталий Владимирович замялся, сверля меня злыми глазами.

— Так вот, дорогой Виталий Владимирович, у вас так просто отвертеться не получится. У меня в камере заливается слезами раскаянья прораб, известный под кличкой «Семеныч», который рассказывает, как продал вам чужое имущество. Имущество обнаружено у вас на территории. Сейчас вызовем сюда журналистов — вот радости то будет писакам опубликовать материал, как уважаемый директор сначала тырит спецтехнику у конкурентов, а потом им же и сдает ее за деньги. Даже если вы в данной ситуации сможете оправдаться, осадочек останется. Город все равно — маленькая деревня, все, заинтересованные лица запомнят, что у вас рыльце в пушку.

Директор очень желал меня перебить, но тут к нам подбежал, вырвавшийся из рук Клюквина, Демон и сурово обнюхал местного руководителя в районе ширинки.

— Поэтому, гражданин директор, если хотите дешево отделятся, то поступим следующим образом — сейчас ваши ребята собираются и ставят на экскаватор уважаемой Мариам Степановны все, что успели снять. Через три часа сюда прибывает специалист, принимает экскаватор и не дай Бог, окажется, что поставили какаю ни будь рваную прокладку. После этого мы оформляем акт добровольной выдаче экскаватора, и самоходный механизм покидает вашу территорию. Но это еще не все — так как в результате ваших художество фирма Мариам Степановны понесла временные потери, то завтра на ее объект прибывает, в дополнение к арендованному «Хитачи» еще одна единица экскаватора, и они начинают в круглосуточном режиме догонять темп, определенный графиком работ. Вы обеспечиваете круглосуточную работу механизмов, Мариам Степановна, со своей стороны, организует освещение места проведения работ и трехразовое горячее питание. Стоимость работ двух ваших экскаваторов — один рубль. Как вам мое предложение остаться на свободе, не иметь судимости и отсутствие пятен на репутации? Если мы договор подписываем, то вы завтра приезжаете ко мне на службу, мы оформляем бумаги, в результате вы будете в этом деле, максимум, свидетелем, а возможно, и даже не будете фигурировать ни каким образом. И не надо смотреть на Мариам Степановну такими глазами — забрать заявление безболезненно у нее не получится, а как только она попробует это сделать, то я перестану ей помогать, и она останется один на один с вами.