Книга Отдел дознания, страница 23 – Роман Путилов

— У нас в члены общества принимает правление, решение которого утверждает общее собрание. А общее собрание будет только в мае, поэтому…

— Так, дорогой товарищ, а как вы себе это представляете – Олег в мае будет майором в Москве, в министерстве, или на Петровке 38 и как вы себе представляете, что он поедет сюда, поучаствовать в вашем собрании? Вы, очевидно, плохо представляете уровень ответственности работника министерства внутренних дел. И, сразу наклевывается еще один вопрос – как у вас идет прием, оприходование и хранение денежных средств? Сигнализация на сейфе и на окнах-дверях имеете? А как траты общественных денег оформляете – всегда ли имеете кассовые чеки и каков у вас остаток наличности по кассе? Заверяли его размер в банке, где обсуживаетесь.

Судя по лицу председателя, он собирался начать со мной ругаться, но неожиданно кассир, которая сильно спала лицом, заорала, сверкая заблестевшими глазами: - Да!

— Что да? – председатель отвлекся от меня и повернулся к своей помощнице по финансовым делам.

— Матвей Петрович, зачем все усложнять? – затараторила кассир, у которой явно не был утвержден лимит по кассе: - Давайте решение через правление проведем и человеку членскую книжку выдадим, а в мае, на собрании, просто решение правления утвердим, все равно, никто возражать не будет.

— Ну, я не знаю. У вас хоть заявление Олега Николаевича есть?

— Нет конечно, он в госпитале же лежит, я с ним по телефону разговаривал. Он завтра, с утра, подойдет и лично все подпишет. Просто я вас настоятельно…- я выразительно поглядел на кассира: - Прошу – сделайте все по максимуму, чтобы заслуженный человек не стоял на костылях, а две подписи поставил и поехал обратно в госпиталь с чистой совестью. Сможем мы так сделать?

Я заговорщицки подмигнул зарумянившейся кассирше, и она подмигнула мне в ответ:

— Конечно сделаем, товарищ милиционер!

— Только тут еще одно проблемка нарисовалась… - заскрипел председатель противным голосом: - с вашим приемом в члены общества. Мне три заявления поступили, от соседей. Жалуются. Что на данном участке поселились два человека. Целыми днями пьют и матом ругаются, или музыку во всю громкость слушают, а у нас, в основном, люди пожилые, заслуженные, им покоя хочется, многие с внуками маленькими или вообще, грудными, здесь отдыхают, а эти люди, в ответ на замечания, что женщины им сделали, матом обругали, говорят, что тоже милиция, и если те не отстанут, то устроят соседям веселую жизнь.

— А…так я знаю, о ком речь ведет. Это товарищи командированные, из тайги. Князев их, по доброте душевной, пустил, а теперь не знает, как выселить. Но вы даже не волнуйтесь, завтра Князев с начальством приедет, кто ему этих ребят сосватал, пусть они увидят, кого в приличный дом привели. Так что, вам осталось сутки, максимум потерпеть и от этих людей даже духа не останется. Только вы к ним не ходите и ничего не говорите, пусть сюрприз будет. И еще один вопрос…. Будьте любезны карточку Князева покажите…

— А что случилось? – снова взбледнула кассир, но карточку члена общества садового общества мне дала, где я аккуратно вымарал номер домашнего телефона Олега Князева, а также домашний адрес – ну не нужны мне случайные звонки и слив информации, пусть хоть эту ночь капитан поспит спокойно.