Книга Старший дознаватель, страница 111 – Роман Путилов

— Эй, пид…с, ты что здесь рассвистелся? — нарушая благостность теплого зимнего вечера прилетел прокуренный окрик откуда-то сверху.

Сука! На балконе третьего этажа стоял, с трудом удерживаясь о перила, с «бычком» в руках, тот парень, с которым у меня произошел конфликт по поводу бросков пакетов с мусором мимо контейнера. Помниться, я планировал выяснить у коменданта общежития номер комнаты и разобраться, но потом закрутился, завертелся и забыл о том эпизоде. Но, вот только не сегодня, не нужны мне сегодня эти разборки с буйным соседом. Честное слово, завтра-послезавтра я решу с ним вопрос, тем более, теперь вычислить его квартиру проблемы не составит. Показав на прощание соседу на балконе средний палец, я зашел за угол здания, не слушая вопли, доносившиеся с балкона. Ожидаемо, за домом, под светом единственного в квартале, работающего уличного фонаря, Наташи, да и вообще кого-то, не наблюдалось. Идти домой и ждать, бездумно и мучительно, глядя в черное окно, вскидываясь от каждого звука в подъезде, я не хотел, поэтому, свистнув еще раз Демону, неторопливо двинулся в сторону дома Насти, в безумной надежде, что наглые девки болтают у ее подъезда. На перекрестке, напротив, единственного в квартале, рабочего таксофона, закрепленного на стене старого двухэтажного дома, темнела туша большого джипа, чей двигатель размеренно работал на холостых оборотах, задняя левая дверь была распахнута настежь, а под козырьком таксофона шла какая-то возня.

Мой путь проходил мимо джипа, я стараясь гнать подальше тоскливые мысли о Наташе, старался вспомнить, когда в наш город придёт, наконец, сотовая связь, а то, даже владельцы таких шикарных тачек, зачастую вынуждены среди ночи искать рабочую будку телефона…

В это время из телефонной будки вырвался человеческий силуэт и бросился в сторону машины…

«Замерзла что ли настолько?» — успел подумать я, ибо бегущий человек, без сомнения, был женщиной, но силуэт не стал нырять в теплое нутро джипа, а обогнув его спереди, побежал в мою сторону.

Я сделал по инерции еще один шаг и замер, ледяная глыба паники заморозив сердце, ухнула вниз живота. Женщина бежала, неловко, путаясь в длинных полах отчего-то знакомого мне, «дутого» пуховика, сведя руки перед животом, а за ней, с неумолимостью марсианского треножника, стремительно двигался человек-циркуль, во всяком случае, негнущиеся в коленях ноги этот, одетый во все черное, жуткий мужик, передвигал как циркуль, с силой занося ноги вперед по широкой дуге.

Одновременно с криком запнувшейся и упавшей лицом в снег женщины, я с пронзительной ясностью понял две вещи — нелепый пуховик мне знаком, потому что в этом пуховику в нашем доме появлялась бухгалтер Настя, Наташина одногрупнница, а такой, нелепой и страшной, походкой я лично наградил, уже забытого мною, Князя, который по моим расчетам должен был или сдохнуть в промышленной зоне далекого Кемерово, или держаться от нашего Города на максимально далеком расстоянии.

— Князь, тварь! — непроизвольно крикнул я, сунув руку в правый карман куртки и оттопырив в нем кулак, пытаясь создать, хоть какую-то, видимость наличия при себе огнестрельного оружия.

Мужская фигура замерла, а женщина, ледащая между нами на снегу, всхлипывая, начала подниматься, но как-то медленно и неуклюже.