Книга Старший дознаватель, страница 115 – Роман Путилов

Я прижался горячим лбом к холодному стеклу. На улице уже прибыли прокурорский следователь, лежащее на снегу тело прикрыли какой-то тряпкой, опер, одетый «по гражданке», беседовал с «свидетелями и очевидцами», столпившимися у заснеженной обочины. Скорее всего ничего существенного, кроме того, что убиенный был «классным пацаном» и любить душевно посидеть за бутылкой он не выяснит, иначе бы уже стучался в мою квартиры. У нас в общежитии все друг друга знают, как в деревне, но меня спасает то, что сейчас холодно, никто не курил на балконе, кроме потерпевшего и настоящих очевидцев на улице нет, но вот когда милиция пойдет по квартирам, меня могут вычислить, значит мне надо валить из квартиры и как можно быстрее.

— Ты одета? — я выглянул в комнату и нашел взглядом, сидящую в самом углу дивана, сжавшуюся, как мокрая испуганная кошка, Настю: — Сейчас поедем отсюда в другое место.

Я замер на несколько секунд, пытаясь понять, что мне обязательно надо взять с собой, потом начал лихорадочно собираться.

Через пять минут мы втроем вышли из общежития и двинулись в сторону соседнего двора, куда я, с недавних пор ставил свою машину. Нам вслед что-то кричали, свистели, но никто не побежал вслед и не остановил.

Пока двигатель «Ниссана» грелся, я попытался проанализировать, правильно ли я сейчас поступаю. Смысла сидеть в квартире у телефона, ожидая звонка от Князева, точно, не было….

Я поднял глаза на зеркало заднего вида и встретился глазами с Настей.

— Ты сказала, что он привез вас к какому-то дому что за дом? Что видела, сколько до этого дома ехали и сколько времени ушло на дорогу сюда?

— А я знаю? — окрысилась Настя, но тут-же потупилась: — Извини, нервы. Я только что думала о том, что меня уже могло в живых не быть… Ой! Прости!

Да, если ты жива, то возможно, что Наташи сейчас в живых нет, и неизвестно, что лучше для Наташи — признаться в том, что именно она моя подруга, или продолжать изображать случайную знакомую…

С одной стороны, ценность Наташи, именно как Наташи, для Князя гораздо выше, чем просто посторонней девки, от которой проще избавиться, чтобы не путалась под ногами, или поиграться и потом избавиться… Я отогнал мысли о том, как Князь будет избавляться или забавляться со своей пленницей, стараясь думать только о главном.

— Про дом рассказывай.

— Что рассказывать? Я же ничего не видела. Там, в багажнике, стекла полностью затонированы. Я видела, что частный сектор, когда он дверь заднюю открывал и Наташу вытаскивал. Там несколько секунд было всего.

— Ты же мне сказала, что потом он тебя рядом с собой посадил, и ты всю дорогу ехала рядом с ним?

— Ой! — Настя выпучила не меня глаза: — Прости, я, правда, все это забыла, из головы вылетело. Погоди, дай мне две минуты, и я вспомню.

Девушка закрыла лицо ладонями и замолчала, потом, не отрывая рук от лица, заговорила: — Дом был, большой, двухэтажный, забор такой, листом металлическим отделан, вроде бы зеленый, на кирпичных столбиках стоит. Второй этаж над забором виден, там балкончик такой, с решеткой витой, красивенький, и труба печная, кирпичная, а на ней флюгер такой, в виде Карлсона. Все, больше ничего не помню. И, мне показалось, что это не частный сектор, н ты меня понял? Там участки очень большие, и домов много недостроенных. Старых нет домов.