Книга Старший дознаватель, страница 62 – Роман Путилов

— А вы не оху… и товарищ подполковник в своей любви к родственникам? Вам не кажется, что-то ваш упыренышь… Кстати, как юрист с юристом, давайте больше не называть совершеннолетнего парня ребенком и мальчиком. Так вот, ваш племянник, пользуясь вашим покровительством, творит в Нахаловке все, что ему заблагорассудиться. А если бы при пожаре люди погибли? Ладно, я воспитатель плохой, пойду к себе, но позднее я бы хотел с вами обсудить рецепт ухи из карася…

Под недоуменным взглядом Ольги Борисовны я вышел из кабинета и двинулся к себе в подвал. Пусть начальники сами разбираются, как передавать стремное дело из дознания в следствие, уверен, Рыбкиной придется пообещать Ольге Борисовне немало ништяков, а там и мне что-то достанется. А если Рыбкина в очередной раз спустит дело на тормозах, оставив пострадавших без компенсации, а племянника — без наказания, то, через пару месяцев, на высоком уровне всплывет ксерокопия явки с повинной и соответствующими комментариями, и тогда начальник следствия, как минимум, уйдет на пенсию, а как максимум. В принципе, я мог уже сегодня отлучить Рыбкину от должности, устроив скандал с наличием родного, многократно судимого братца у командира следователей района. То, что сын за отца не отвечает — фраза, годная только для художественных фильмов, а, в системе МВД, скрыть наличие судимого родственника при устройстве на службу — грех тяжкий, а Нинель, я уверен, сделала именно так.

Ко мне, в подвал, обсудить Карася, Нинель так и не спустилась, очевидно, посчитала, что ни по рангу о чем-то со мной договариваться. Ну, видит Бог, я жаждал мирного сосуществования с начальником следственного отдела, но, видимо, до этого не дойдет.

В тяжких раздумьях я дождался семи часов вечера, вышел к машине…

— Здравствуйте. — раздалось у меня за спиной и я, обернувшись, увидел строгую женщину лет сорока, лицо которой было мне хорошо знакомо, но вот кто она — вспомнить я не мог.

— Вы же папа Клюевой Кристины? — женщина, судя по лицу, в ответе не сомневалась, да и я вспомнил, кто она такая. Передо мной стояла воспитатель средней группы из детского садика через дорогу, куда Кристина ходила некоторое время. И хотя дочь ходила в детский сад при Заводе, куда я, пользуясь семейным положением, ее устроил, так как моим родителям, у которых она жила в последнее время, было удобно ее туда водить, путевку в муниципальном детском саду я не аннулировал, надеясь, что через год, полтора сдадут новый дом в Дорожном районе, в одну из квартир которого я инвестировал стройматериалы. После получения путевки я написал заявление, и из моей зарплаты удерживалась какая-то сумма за посещение ребенком детского сада, так что претензий ко мне со стороны дошкольного учреждения быть не должно…

— Вас же Павел зовут? — дождавшись моего утвердительного кивка, женщина продолжила выговор: — Павел, если вы не водите ребенка в детский сад, зачем вы присылаете за Кристиной ее брата?

— Какого брата? — наверное изумление на моем лице было таким глубоким, что женщина принялась объяснять.

— Сегодня в детский садик пришел старший брат Кристины, чтобы ее забрать из садика. Во-первых, вы или ваша жена не объяснили ему, в какую группу ходит, вернее ходила, ваша дочь и он обошел несколько групп, прежде чем добрался до меня, а во-вторых, вы почему ему не сказали, что ребенок в этом году еще сад не посещал?