Книга Ронин, страница 28 – Роман Путилов

— Ты меня вообще слушаешь? — меня ударили, для разнообразия двумя кулаками, но слабо, уже на гране полного бессилия.

— Конечно, слушаю. Я гад, сволочь и два раза мерзавец, ты этого не хотела и это было один раз и больше никогда, никогда не будет. И это неправильно. — я, удерживая девушку за бедра, перевернулся и теперь смотрел снизу-вверх в шальные глаза адвоката, ну и немножко на грудь, тем более, она тоже на меня смотрела.

— Предлагаю повторить, ну, на прощание, так сказать… — мои ладони скользнули вверх, по поверхности бедер, к животику.

— Нет. — Соня вырвалась и, зачем-то прикрывшись юбкой, которая до этого, прекрасно лежала на полу, отскочила в противоположную часть комнаты: — Нельзя так резко, у меня уже живот болит. Полгода ничего не было…

— Это ты что, в последний раз на обмывании диплома с кем-то любовью занималась? — подсчитал я на пальцах.

— Дурак. — адвокат покраснела, кинула в меня юбку и побежала в сторону ванной комнаты, а я двинулся в сторону кухни — хотелось продолжить удовлетворять базовые потребности человека, а именно — чего-нибудь пожрать.

— А ты что еще голый? — Софья намывалась в душе довольно долго, и я успел превратить три сморщенные картофелины, полторы сосиски из морозильника (что должно произойти, чтобы я оставил в морозильнике половинку сосиски — я не представлял), луковицу, две ложки постного масла и два яйца в удивительно вредное, но очень вкусное блюдо.

— Я не голый, а в твоем фартуке. — я последний раз помешал жаренную картошку в сковороде, выбил туда яйца и, посолив, закрыл крышкой.

— Ты такой смешной. — Соня, преодолев мое слабое сопротивление, подтащила меня к зеркалу. Ну да, голый мужик, одетый в розовый фартук в красных розах, и малиновым, распухшим ухом, действительно выглядит забавно.

— Все-таки, хорошо, что ты примочку мне не успела поставить. — я осторожно дотронулся пальцем до мочки.

— Почему? — удивилась девушка.

— Удивляюсь я вам, сударыня. — я обличающе ткнул пальцем в мягкую грудь моего юриста, которую она, к сожалению, она успела прикрыть, облачившись в теплый халат: — Или вы в своей похоти и распутстве забыли о своей роли моего юриста? Если бы твоя примочка меня вылечила, что мы завтра предъявим, когда будем писать заявление прокурору? А так завтра заеду в свою поликлинику, получу справку, которую можно будет предъявить эксперту, что телесные повреждения моему организму, действительно, причинили…

Софья нагнулась и осторожно прихватила мой вытянутый указательный палец белыми, ровными зубами и замерла, не отводя смеющегося взгляда.

— Софья Игоревна, или мы сейчас идем обратно в койку или на кухню, а то картошка с сосисками сгорит. Выбор за вами, потому что я выбираю постель…

— Паша, ты конечно показал сегодня был хорош, но я женщина слабая и хочу кушать. — мой палец отпустили, после чего. Со смешком, Софья выскользнула из моих рук, и убежала на кухню, где сразу же, загремела тарелками.

Поняв, что «кино больше не будет», я вздохнул и пошел одеваться, разыскивая свою одежду, разбросанную в самых неожиданных местах.

Домой я вернулся поздно Демон, сидевший в коридоре с ошейником в зубах, обнюхал меня, грустно и всепрощающе вздохнул и не теряя времени, бросился на улицу — через пару минут внизу грохнула входная дверь.