Книга Ронин, страница 39 – Роман Путилов

— А ты, как положено, остаешься охранять место происшествия. Отсюда оперативную группу не вызовешь. Или ты хочешь все бросить? Я думаю, что к нашему возвращению, этой штучки тут точно не будет. — я ткнул пальцем в трофейный пистолет: — Не кручинься, минут через сорок здесь не протолкнуться будет, а через час, ты, я надеюсь, наконец, станешь героем, о котором в Москву сообщат, что рядовой опер с земли предотвратил заказное убийство и одного киллера взял. Ты главное одно запомни и не отступай от этой версии, как бы на тебя не давили. Ты услышал мой рассказ о угрозе убийством, и твоя оперская чуйка завопила, что тут что-то не так. Поэтому ты принял заявление, хотел плотно поработать, но тебе не дали, твои доводы посчитали глупостью и материал отобрали. Я, не зная, что моего заявления у тебя больше нет, позвонил тебе сегодня утром и сообщил, что знакомый женщины, которая угрожала мне убийством, пригласил меня за город, чтобы отдать кучу денег. Ты посчитал, что это какая-то ерунда, потому, что деньги можно отдать в более удобном месте, навязался поехать со мной, и, пользуясь своими профессиональными навыками, обезоружил «киллера» после того, как тот применил оружие в отношении меня. Все запомнил?

Пока я это рассказывал, удиравший от места происшествия грузовик свернул с дороги и покатил по какому-то проселку, в сторону выезда из города.

— Ты уверен, что нам не надо за ним поехать? — Виктор ткнул пальцем в удаляющуюся высокую будку с яркой надписью «Гном».

— А зачем? Ты свое скоро получишь, возможно даже медаль дадут, а я поеду, попробую получить свои деньги.

— Ну смотри сам, только я бы… Кстати, у тебя рукав на куртке порван.

Я скосил взгляд. Сука. Не знаю, чем порвало толстую свиную кожу моей не убиваемой куртки, но дыра присутствовала, да и плечо в месте повреждения саднило, но я обратил внимание на это только сейчас.

— Все, давай, некогда, итак опаздываю. — я влез за руль и осторожно тронул машину, опасаясь, что нуля что-то повредила, но все приборы на доске работали штатно, двигатель гудел, как обычно, коробка — «автомат» не «пиналась», только в пробитом стекле свистел ветер и в лицо неприятно дуло холодом.

До места встречи я домчался за пять минут. Впереди уже виднелся десяток машин, когда между сосновых стволов заметались звуки автоматной стрельбы и хлопков взрывпакетов, а потом меня попытался остановить инспектор ГАИ, стоявший у, разукрашенной полосами и гербами, «Волги», но я сигнал стража дорог проигнорировал, ловко объехав служивого и через несколько секунд выехал на просторную площадку, заставленную машинами. Судя по всему, в заброшенном, трехэтажном здании, сейчас проводился показательный штурм с освобождением заложников. Напротив, здания, в которое сейчас, сверху, снизу и сбоку, лезли юркие фигуры в сером, кучковалась примерно сотня милицейских начальников с большими звездами, отдельной группой стояли «биг-боссы» во главе с начальником областного УВД, с широкими красными лампасами на форменных брюках.

— Эй, стоять! — к моей машине уже подбегал, проворонивший меня, гаишник и я бросился к, следящему за учениями, генералу.

— Товарищ генерал! Разрешится обратится! — зайцем заверещал я, когда, буквально в пяти шагах до цели, меня перехватили какие-то служивые. Генерал — майор недоуменно обернулся, а стоящий рядом полковник с знакомым лицом, досадливо поморщился и махнул ладонью в сторону, после чего меня, заломив руки, потащили проч.