Книга Тень, страница 38 – Роман Путилов

Жильцы выехали все, кроме Алексея, а на вопрос представителей районной администрации «Доколе?», мужчина вытащил из-за пазухи… нет не камень, а постановление городских властей, что жителей центральных микрорайонов города можно переселять только в дома, находящихся в пределах этого же района. Чиновники замерли, превратившись в соляные столбы, ведь таким нехитрым маневром Алексей увеличивал стоимость жилья, которое ему должны дать, как минимум, в два -три раза. Естественно, давать квартиру в центре этому нищеброду никто не собирался. Стороны обменялись исками, которые зависли в суде, после чего началась битва коммунальных ресурсов. Свет и воду в доме отключили, но в соседнем дворе обнаружилась действующая водонапорная колонка и Алексей стоически выдержал удар. Дом несколько раз поджигали — половину квартиры борца занимали ведра с водой, а спал Алесей в половину уха и половину глаза, засунув в нагрудные карманы паспорт с деньгами и остро отточенным ножом, готовый в любой момент вступить в схватку. Алексей уволился, подсчитав, что разницу в стоимости квартиры не окраине и в центре Города он заработает, дай бог, лет за десять. В глубине души я преклонялся перед непоколебимой решимостью этого мужика, но попытку меня объегорить я простить не мог.

Глава девятая.

Ниже не куда.

Июнь 1994 года.

Сердце Города.

Главное для человека — это вода. Вода нужна всем и каждый день, причем помногу. Хитроумный Алексей, специалист по выживаемости и осаде, осторожно выглянул из двери подъезда, обвел глазами опротивевший двор, заросший сорняками, остатки туалетной будки, которую, державшие в осаде его семью, строители «случайно» сломали трактором первым же делом? Спросите, как справляли нужду члены семьи Алексея? А очень просто. Один из бывших жильцов, проживавших когда-то на первом этаже, а сейчас, вполне счастливо, обживающий новенькую «двушку» с видом на картофельное поле, устав бегать во двор, прорубил дыру в полу, вырыл яму, сверху поставил унитаз и вполне себе наслаждался теплой уборной.

Правда, по прошествии времени, доски «туалета» сильно подгнили, и Алексей с семейством, пользуясь наследием бывшего соседа, рискуя каждый раз провалиться в зловонный подпол… Но Алексей рассчитывал навсегда покинуть обреченный дом, до того, как пол в «уборной» или сам дом, завалится.

Не заметив ничего подозрительного, Алексей энергичным шагом, помахивая эмалированными ведрами, двинулся в сторону перекрестка, где, во дворе дома сталинской постройки, по чьему-то недосмотру сохранилась водопроводная колонка.

Только обостренное чувство опасности, натренированное во время осады дома, спасло Алексея — он обратил внимание на густую тень, а, приглядевшись понял, что за водосточной трубой пятиэтажки прячется человек. Это было так дико — среди белого дня, в центре Города, затаившись в тени человек ждет другого человека, чтобы сделать ему больно… У Алексея похолодело под сердцем — происходящее казалось немыслимым. Алексей чувствовал зло, исходящее от этой темной тени и чувствовал себя героем какого-то романа Стивена Кинга, которому сейчас оторвут голову или отпилят ногу…

Движимый иррациональным страхом, Алексей изобразил, что что-то внезапно вспомнил, чуть не хлопнув себя по лбу, зажатым в руке, ведром, после чего двинулся назад. Подходя к дому, он обернулся и невольно ускорил шаг — из-за здания «сталинки» в его сторону спешил тот самый юрист с мертвыми глазами, что несколько дней, в присутствии многочисленных свидетелей, жестко избил его за невинную шутку. Мужчина поежился — нога, куда пару раз безжалостно пнул «юрист», еще саднила. Но ничего — если эти люди не поняли его шутки и избили его за, то, что он не собирался делать, то именно так он с этими людьми и поступит, все равно, в их глазах он уже плохой.