Книга Сельский стражник, страница 110 – Роман Путилов

Центр Города. Дом «Под лозунгом».

Еще один звонок я осуществил вечером, когда на город опустилась темнота. Звонить куратору Максима не хотелось, дядька был в более серьезной вестовой категории, но иного выхода у меня не было. Завтра утром, на «Поезде здоровья» приезжает Ирина, и у меня остается два дня на решение всех вопросов. Максим, после досадного инцидента с его матерью неадекватен и недоговороспособен. Я его, в чем-то, понимаю. Но кто мог предполагать, что мама взрослого сына настолько любопытна, что, без сомнений вскрывает его корреспонденцию? Вот и я не предполагал. Предполагалось, что максим вскроет картонку, безошибочно определит муляж и поймет, что это намек, на то, что неприятности могут появится и у порога его собственного дома, после чего его парни перестанут пасти меня у моих ворот. Но все пошло, как пошло, и мне нужен иной вариант.

Получив номер телефона куратора Максима, я проверил его по старому телефонному справочнику, выпуска семидесятого года, а потом перепроверил по контрафактной базе городских номеров. Фамилия абонента телефонной сети была мне незнакома, но вот адрес был один и тот-же в обоих случаях. А информация, полученная из двух источников считается достаточно достоверной. А вопрос с фамилией, как раз имел свое логическое объяснение. Вопрос с квартирными телефонами в годы Советской власти стоял настолько сурово, а телефонная мафия была настолько крута, что лишний раз с ней старались не связываться даже большие начальники. Возможно, что данный телефон был установлен в квартире еще при заселении дома, в пятьдесят седьмом году, выделенный на тогдашнего ответственного квартиросъемщика. Шли годы, менялись поколения, люди уходили в иной мир, тогдашний хозяин квартиры мог отправиться в лучший из миров, а в квартиру вселится нынешний куратор Максима, тогда еще не самый крутой начальник. При попытке переоформить телефонный номер на нового владельца, связисты вполне могли отключить квартиру от сети, поставив данный номер более нужному товарищу, поэтому телефоны. В большинстве своем, продолжали числится на людях, бывших по факту покойниками уже не одно десятилетие. Ладно, это все лирика.

Я набрал номер телефона из записной книжки, порадовался, что в трубке на загудел узнаваемый сигнал определителя номера, а когда в трубке ответил начальственный мужской голос, затараторил:

— Это сторож с дачного общества беспокоит. У вас на участке ваш домик горит, вот я вас, по инструкции, и уведомляю. Сейчас пожарным буду звонить.

Не слушая вопли собеседника, я бросился к машине и въехал под арку большого старого двора, после чего потушил фары. Через пять минут из подъезда выбежал худощавый мужчина лет пятидесяти, одетый в спортивный костюм и накинутое на плечи, элегантное пальто. Мужчина нырнул в припаркованный у подъезда темный джип и, не прогрев двигатель, рванул к выезду.

Судя по всему, куратор максима помчался за город, смотреть на пожар. Откуда я узнал о наличии у него дачи? Да ни откуда. Сейчас каждый, уважающий себя начальник, имеет загородную дачу.

Загородное шоссе. Южное направление.

На хвосте у, безумно скачущего по шоссе, джипа я держался с большим трудом. Хорошо, что сегодня забрал со стоянки у отдела милиции свой «Ниссан», иначе, на старенькой «копейке», я бы безнадежно отстал. В одном месте мы промчались мимо экипажа ГАИ, которые торопливо вскинули руки в шапкам, отдавая честь, видимо, знакомой машине и несколько растерянно посмотрели на мой автомобиль, который явно мчался за джипом милицейского начальника, но ничего предпринимать не стали. Отлепился от машины фигуранта я, когда он резко свернул с трассы, чуть не улетев в кювет. Я проскочил дальше, чтобы не вызвать подозрения, после чего развернулся и, потушив фары. Поехал в сторону дачного общества.