Книга Сельский стражник, страница 33 – Роман Путилов

— Ты рот свой закрой, пока я его не закрыл…- меня накрыла черная пелена злобы, я представил. Что он говорил о Ирине до моего прихода, если осмелился в моем присутствии назвать девушку «сомнительной девицей»?

Я сделал несколько шагов в сторону «спонсора», но на мне повисли и не дали сделать дальше ни шагу.

— Да я к стулу свободному иду, сесть хотел…- я отбросил со своих плеч чужие руки и правда, сел на свободный стул: — Этот дядька вредные советы дает, видимо, уже переметнулся. Нам надо уже сегодня…

— Да ты, щенок! — неудачливый кандидат неубедительно рванулся ко мне, старательно делая вид, что ему не дают пробиться в мою сторону коллеги по партии.

— Погоди, Илья Павлович! — отмахнулся от «спонсора» заместитель председателя регионального отделения: — Говори, что ты хотел сказать?

«Спонсор» обиженно хрюкнул и рваться в бой совсем перестал, видимо, на новые транши от него партия уже не рассчитывала, поэтому он перестал быть «неприкасаемым ценным голосом».

— Надо звонить на одиннадцатый коммерческий телеканал и сказать, что кандидат в депутаты Ирина Михайловна Кросовская готова дать свои эксклюзивные комментарии по поводу вот этого. — я потряс в воздухе корзинкой для бумаг, заполненной наполовину помятыми листами. Это реально?

Политбоссы переглянулись.

— Да, это реально сегодня организовать. Сегодня нам уже звонили со всех телевизионных каналов и из десятка газет. А Ирина Михайловна способна…

— Ирина Михайловна способна на многое, в том числе и на беседу с журналистам под камеру. — я обнаружил на подоконнике пакет и стал перекладывать в него изъятые листовки с изображением тела неизвестной девушки и Ирининой головы. Надо уничтожить эти картинки самому, а то партийные помощники все картинки обратно растащат, уж не знаю, с какой целью.

Студия одиннадцатого (коммерческого) канала Городского телевиденья.

— Ирина Михайловна…- глаза популярной излучали блеск и азарт: — Я с моими коллегами очень благодарны вам, что вы нашли в себе силы прийти к нам в студию и дать свой комментарий к этому вопиющему случаю, доселе неизвестному в политической жизни нашего Города. Скажите, какие чувства испытываете вы, глядя на эти фотографии — стыд, боль, досаду. Собираетесь ли вы снимать свою кандидатуру с выборов и что вы на прощание скажете своим бывшим сторонникам из числа избирателей.

— Спасибо за ваш вопрос. — Ира коротко кивнула, даже не посмотрев на ведущую, не отрывая спокойных глаз от объектива камеры.

Не знаю, какой ценой она сохраняла видимое спокойствие, но, пока это ей удавалось.

— Как кандидат в депутаты я испытываю недоумение и стыд. Недоумение от того, что кандидаты в депутаты городского Собрания нашего замечательного Города, в гонке за кресло муниципального депутата опустились до уровня какой-то средневековой Италии, где зарезать или отравить более удачливого конкурента было нормой, подсунуть своему противнику сифилисную куртизанку, а сифилис в те времена, поистине, был смертельным заболеванием… Так вот, подсунуть больную куртизанку своему коллеге считалось высоким искусством, а обвинить соперника на выборах в колдовстве, с последующей казнью последнего, было доблестью. Так вот, я испытываю стыд от того, что мои соперники по выборам так топорно работают, просто на уровне ученика первого класса.