Книга Недвижимость, страница 77 – Роман Путилов

Подчиненные, браво отсутствовавшие в течение дня, вечером положили на стол начальника справку, что подворовым обходом искомый автомобиль не был обнаружен. Обмирая, Максим взял с собой Кролика и немедленно выехал в знакомый двор, где, к величайшей своей радости, обнаружил «жигуленок» там, где он его и оставил. Вытащив из кармана ключи, Максим отпер машину, вставил ключ в замок и о чудо — простоявшая с января машина бодро завелась.

Посчитав, что удачный возврат машины является добрым знаком, Максим пригласил в «кабак» двух заместителей начальника РОВД по оперативной части и воспитательной работе, где, щедро угощая руководителей и выказывая им свое полнейшее почтение, начальник отделения по борьбе с наркотиками поделился со старшими товарищами своей бедой и попросил совета.

Старшие товарищи, находясь в мажорном настроении, переглянувшись, сообщили Максиму, что еще за один такой стол они ему в беде помогут и вытряхнут из инвалида не только письменное признание, что он кругом и во всем виноват, но и в том, что именно он, Громов, убил президента Кеннеди и жену его Жаклин.

Какой же был удар для Максима, когда, через пару дней, «старшие товарищи», после утреннего совещания, отвели его в сторонку и смущенно заявили, что пока ничего не получается, слишком много у Громова на участке оказалось собак и людей, но если предложение еще актуально, то примерно через десять дней они готовы…

Выслушав завуалированный отказ, Максим, в полнейшем смятении вернулся на свое рабочее место, где, бездумно просидев пару часов, качаясь на стуле, и выпив стакан коньяка, понял, что проблему надо решать самостоятельно.

В первую ночь у Максима была запланирована рекогносцировка, в ходе которой он понял, что у Громова на участке, действительно, много собак. Один из них, полузабытый, то ли Гром, то ли Друг, тихонечко подобрался в темноте в прижавшемуся к забору Максиму и чуть не откусил ему руку. А потом появилась вторая шавка, которая подняла такой яростный лай, что Максим предпочел убраться подальше.

Второй визит к садовому участку начался более продуктивно. Громов. Как будто решил, что снаряд дважды в одну воронку не попадает, где-то запер своих собак, так что до Макса доносился их приглушенный скулеж, а сам устроился у раскрытого окна, перед бормотавшим что-то телевизором. Судя по неподвижности, а также ополовиненной бутылке водки на столе убогий с горя напился и теперь дремал у телевизора. Голову Громова накрывал капюшон серого плаща, из-под которого виднелся черный козырек бейсболки. Какой-то добрый человек днем начал обрезать сорняки, растущие вдоль забора Громова. Начал, но быстро бросил, освободив примерно три метра территории от вредной растительности, на чем свою работу и бросил, по-соседски свалив обрезки кустов и травы к соседскому забору. По счастливому совпадению, очищен был участок напротив распахнутого окна, что создавало идеальные условия для меткой стрельбы. Максим осторожно прокрался к забору, постоял так несколько минут, прислушиваясь к звукам спящего поселка, после чего решительно достал из кобуры пистолет, уложив его стволом на переплетение сетки Рабица забора и, совместив целик и мушку с основанием головы противника, потянул за спусковой крючок.

Максим читал в каком-то детективе, как преступник долго водил за нос полицию, собрав свое оружие из деталей двух разных пистолетов. С этой же целью вчера он сломал замок в сейфе Кролика, а когда тот не сумел сегодня его закрыть, угостил опера коньяком и приказал положить оружие в сейф к Максиму, высказав опасения, что выпившему оперативнику не стоит ходить с оружием по вечерним улицам.