Книга Недвижимость, страница 89 – Роман Путилов

Виталий помолчал, а потом осторожно спросил:

— Паша, так этого, максима, за то, что нам ненастоящие доллары подсунул, его, наверное, наказать надо.

Я отрицательно помотал головой:

— Доллары еще проверить надо, вдруг мы понапрасну на товарища плохо думает. А наказывать его не надо, надеюсь, дальше без нас все обойдется.

Старый Сибирский тракт. Двадцатый километр от Города.

Зеленую будку необслуживаемого усилительного пункта системы связи, что отстоял от автомобильной трассы метров на сто, Максим разглядел сразу. Справа и слева от будки торчали красные столбы, запрещающие копать здесь и на пять метров в каждую сторону, а дальше было только заброшенное поле, покрытое зарослями какой-то высокой травы- в сортах сорняков Поспелов не разбирался. Максим остановил машину у обочины и неторопливо двинулся в сторону будки. По шоссе равнодушно пролетали машины, на мужика, который двигался через поле, к единственному в окрестностях строению, никто не обращал внимание. Мало ли, возможно человек воспитанный и просто хочет отлить, спрятавшись за домиком. Чай не Европа, туалеты на трассе не предусмотрены.

Эту будку Максиму назвал по телефону механический безжизненный голос, когда тот сообщил, что свою, финансовую часть сделки он выполнил. Начальник отделения по борьбе с наркотиками не понимал, зачем такая сложная система обмена, при которой каждая сторона может «кинуть» своего контрагента, но спорить не стал и поехал за город. К искомой будке он бежал не торопясь, сдерживая свои шаги и очень сильно волновался. Металлическая дверь, запертая поперечной штангой и висячим замком, снизу была отогнута и Максим, мысленно сплюнув через левое плечо, сунул руку в темноту неведомого сооружения.

Рука сразу нащупала плотную материю, которую Поспелов и потянул на себя. Сумка, с которой пожилые женщины ходят на рынок, из неказистой, но плотной ткани, с усилием была извлечена на свет и Поспелов заглянул в нее и чуть не заорал от радости — пистолет со сборной маркировкой, отобранный у него в ту несчастливую ночь, лежал в тряпке, лоснясь свежей смазкой. О плененном оружии кто-то заботился. А рядом с пистолетом. Сразу не замеченный, очень знакомый Максиму сверток, туго обклеенный коричневым скотчем. Такой сверток они с Громовым отобрали у наркоторговцев в прошлом году и хотя сверток с того времени стал меньше и легче, содержимого в нем оставалось еще очень много. Максим взял сверток в руку, но подавил в себе желание зашвырнуть его подальше в заросли сорняков, так как представил, сколько стоит его содержимое. Если бы Громов не валялся в медсанчасти, вновь неспособный к общению, может быть старший лейтенант милиции так и поступил, опасаясь очередной провокации от неуемного коллеги, но не сегодня. А уж, кому сбросить дурь по выгодной цене Максим прекрасно знал.

Сунув пакет обратно в холщовую сумку, к пистолету, Максим попытался встать, но над его головой внезапно потемнело, а потом его кто-то легко вздернул за ноги вверх, и зафиксировал в таком положении, что земли касалось только лицо начальника отделения. Руки тоже оказались зажатыми в тисках, а за спиной раздался глумливый голос:

— Так-так-так, и кто это у нас здесь? Кстати, мы из Федеральной службы безопасности Российской Федерации.