Книга Опасные манипуляции 4, страница 23 – Роман Путилов

— Тебе показалось, это я, просто я перенервничала в последнее время.

— Люда, вообще, что происходит? Я вижу, что ты меняешься, вижу, что это либо не ты, либо ты себя вообще не контролируешь.

— Я тебе обещаю, что такого больше не будет. Наверное, у меня что-то проявляется жесткое, но ты меня пойми — я без этой ленточки была как слепая курица. Тыкалась-тыкалась куда-то, наощупь. Что-то чувствовала, но не понимала, что это. А теперь я старые книги читаю, на языке, которому тысяча или две тысячи лет. Эту письменность, наверное, в нашей стране, знают от силы десяток человек. Понимаешь? Считай, что я кандидатскую диссертацию написала по этому наречию. Молчи — это шутка неудачная! — Люда улыбаясь, как в прошлой жизни, замкнула мои губы тонким пальчиком: — Просто все эти заклинания заучивать очень долго, но я каждый день продвигаюсь вперед. Мне, чтобы изучить и закрепить эти две книги, еще полгода нужно, не меньше. Если я ленту сейчас здесь оставлю, то у меня ничего не получится, я этого себе никогда не прощу. Я сейчас пойду, попробую договорится, чтобы нас пока не трогали. А через полгода я все верну…

— С кем договориться? — я завертел головой, испугавшись, что нас настигла погоня.

— С ними…- Люда махнула рукой в сторону дерева с лентами, после чего вышла из машины и не торопясь, стала спускаться по склону.

Вернулась она минут через десять, шла очень быстро, тревожна глядя в сторону, откуда мы приехали. Сев в машину, излишне громко хлопнула дверью и попросила:

— Коля, поехали быстрее отсюда.

— Не договорились?

— Нет. Поехали, а? — девушка посмотрела на меня жалобно.

— Сейчас поедем. Хочу только тебе одно сказать. Ты не способна к быстрой защите на короткой дистанции…

— Как это не спо…- я подловил Люду, тренировался, пока она гуляла до местной растительности и теперь черные ножны шведского «хозяйственного» ножа, который секунду назад был в кармашке моей двери, дрожали в трех миллиметрах от подбородка моей жены. Я убедился, что, внезапно замолчавшая благоверная, оценила быстроту атаки и опасность для ее горла.

— Ты поняла, если бы на ноже не было ножен я легко бы ткнул тебя по горлу. Когда ты полчаса назад меня чуть не угробила, ты несколько секунд что-то бормотала и пальцами шевелила. Если бы я хотел, я бы успел тебя ударить, а истекая кровью не сильно то поколдуешь. Так что, не знаю, что ты собираешься изучать эти полгода, но я тебе настоятельно рекомендую заняться первым делом этим вопросом.

— Я тебя услышала. — в тоне жены было…предостережение, наверное.

— Ты опять начинаешь? — я скосил взгляд на свою пассажирку: — Только что обещала, что будешь себя контролировать, а через пять минут, в ответ на мою заботу зубами лязгаешь. Ладно, говори, куда ехать?

— На надо поскорее покинуть места, где такие деревья растут. — жена кивнула в сторону дерева «дружбы и любви».

— Понятно, значить на север.

Мы проскочили до Красноярска свободно и очень быстро. Погони за нашей спиной больше не видели, а препятствия куда-то исчезли. Не доезжая двадцать километров до Красноярска к нам наперерез, от патрульной машины, двинулся гаишник. Я четко видел, что он смотрит именно на пеня. Через несколько шагов возникло ощущение, что сотрудник автоинспекции меня просто потерял из виду. Его глаза забегали по дороге, как будто он что-то ищет взглядом, потом, с явным облегчением он уставился на машину, идущую за нами и начал останавливать ее.