Книга Бытовик 1, страница 45 – Роман Путилов

— Княжич Булатов Олег Александрович, барон Фриксен Людвиг Отто предлагает вам, до начала дуэли, отдать принадлежащую славной семье баронов трость, чьей благородной поверхности не пристало, чтобы ее касались руки существа, по сути своей, неблагородного. В этом случае барон обещает не убивать вас, сохранив вашу жалкую жизнь…

Вот сейчас не понял⁈ Это он про меня, что ли, высказался, «неблагородное по сути существо» и прочие вещи?

— Дарина Любомировна, напомните, пожалуйста, как зовут вот эту говорящую голову?

— Э-э… Это барон Фогель, Эрнест Карл Мария…

— Так вот, Мария, после того, как я покончу с твоим приятелем баронычем, или как там правильно, баронетом Фриксеном, я дерусь с тобой, за твои, оскорбительные слова, так что, приготовься — завещание, там, напиши, или помолись. А приятелю своему передай, что я не только тросточку его на ковер, среди своих трофеев, на стену, приколочу, но и тот металлолом, что он сегодня сюда приволок, и голову его выварю и, рядом с головой кабана, в батюшкиной комнате, на стене закреплю. Всё, иди, не задерживаю.

Второй, на мою бедную голову, барон, бросил на меня, полный презрения, взгляд, после чего развернулся, и, с прямой, как палка, спиной, пошагал в сторону моего оппонента.

— Зачем ты оскорбил барона Фриксена. — девушка с удивлением смотрела на меня: — Он же, еще больше, разозлится?

— А что такое?- удивился я.

— Ну как же, назвали его баронычем и баронетом…

— Да в чем дело, то? — удивился я: — Мы с тобой давеча вместе над этим шутили.

— Но мы же между собой перешучивались. — удивилась столбовая дворянка: — А сейчас вы его публично назвали баронетом, то есть напрямую заявили, что его семейство свое дворянство за деньги выкупило…

— Да? — удивился я: — А я, как-то, этот момент забыл, но, в любом случае, хуже не будет.

— Хуже точно не будет. — девушка с жалостью оглядела меня с ног до головы, потом спохватилась: — Ой, мне пора оружие барона осматривать.

Сначала осмотрели оружие и снаряжение борона, потом, секунданты подошли ко мне. К тому времени я разгрузил бричку и разобрал свой багаж, и даже успел навьючить на себя всё, что я приготовил для боя.

По мере приближения, глаза секундантов становились все шире и шире, и если барышня была просто изумлена, то секундант барона начал кривить губы в глумливой усмешке, и я его прекрасно понимал. Представьте себе ковбоя, с двумя огромными револьверами в открытых кобурах, и заткнутой за, широкий оружейный пояс трофейной тростью. Представили? А теперь повесьте на плечи ковбоя два двуствольных револьвера, с закрепленными к ним треугольными металлическими прикладами, которые я вчера изготовил из металлических прутков, найденных в кузне-мастерской. Врать не буду, смотрелся я почти, как Арнольд Шварценеггер в «Коммандо», где у него был ручной гранатомет с барабаном, ну, не в плане прокачанного тела, а в порядке вооруженности. Правда, брутальность моего оружия портили плечевые ремни, которые я, за недостатка времени, изготовил, обрезав старые вожжи, прикрутив их концами к стволам револьверов и прикладам. Видимо, уже ничему не удивляясь, секундант барона заглянул в две кожаные охотничьи сумки, что я закрепил на оружейном поясе, на животе, после чего не смог сдержать глумливую улыбочку, что выдавало в нем знатока огнестрельного оружия. Конечно, я бы тоже захихикал, разглядев корявые, очевидно, кустарно изготовленные, запасные барабаны к двуствольным револьверам, набитых тупорылыми патронами.