Книга Царство Сибирское, страница 17 – Роман Путилов

— Понятно… — Гюлер хотела что-то сказать, но я не дал ей открыть рот.

— Барышни, собираемся и выезжаем — на соседней улице я снял дом, где никто не будет никого стеснять. Уф! Кажется, сегодня никакого неприятного разговора не будет. Все дамы, от самых маленьких, до самых возрастных, бросились собирать вещи. Все-таки, солдатская казарма — не то место, где можно вить уютное гнездышко, которое хочет иметь любая женщина.

Дом генерала Соснова.

За суетой дел я уснул в отведенной мне спальне, как только голова коснулась подушки. Проснулся я примерно часа через два, оттого, что кто-то осторожно касался моего плеча. Судя по всему, жена, закончившая свои женские и материнские хлопоты пришла совсем недавно, но вместо того, чтобы отложить все разговоры до утра, осторожно тыкала меня пальчиком, стараясь изобразить, что она меня не будит, а так, задевает случайно.

Я, к удивлению, своему, чувствовал себя достаточно бодро, поэтому с ухватил худенькую фигурку, тихо прикорнувшую на краю кровати:

— А кого я сейчас загрызу⁈ Р-р-р!

Гюлер взвизгнула, попыталась вырваться, но я держал ее крепко.

— Спасибо за сына! Я тебя люблю.

— Я старалась. — жена вывернулась и спрятала свое лицо на моей груди, рассыпав вокруг волну темных волос: — Просила богиню, чтобы она послала тебе сына. Она сказала. Что будет так, как я хочу, но я до последней минуты боялась. Ты теперь женишься на Вере?

От такого перехода я немного прифигел.

— Да с чего ты взяла, что я на ней женюсь?

— Она высокая, красивая…

— А ты аккуратная и красивая. Она воспитатель моих сестер, а ты моя жена и дочь хана.

— Фрр! — меня слегка стукнули по плечу: — Когда мужчин это останавливало. Подаришь ей кусок пустыни и дашь грамоту, что она баронесса, и она уже почти ровня тебе.

— Слушай, ни Покровск, ни Верный, ни Свободный, я никому дарить не собираюсь. А пустыня, она вообще твоя, я ты можешь ей распоряжаться лично, я тебе слова не скажу. Хочешь — сама Вере дари что хочешь и объявляй ее ханшей или кто там у вас еще живет. У меня со второй невестой, которую ты мне сосватала, с Вандой, проблем выше головы. Говорят, ты ей по лицу нашлепала?

— Никакая сучка не смеет плохо отзываться о моем муже. — наставительно сказала Гюлер, для убедительности ткнув меня пальчиком в грудь: — А Ванда от тебя никуда не денется…

— Конечно, не денется. — я понял, что все-таки хочу спать: — Если заартачится, и замуж за меня не пойдет, я тебе пожалуюсь.

Городской и окружной суд. Город Омск.

— Таким образом…- мой стряпчий, затянутый в черный, хорошо сидящий на его стройной фигуре, сюртук, гордо окинул, полный публики, зал судебного заседания: — Свидетели неопровержимо доказали, что нападение на владения ее светлости княгини Строгановой Ванды Гамаюновны, при коем был причинен значительный ущерб ее собственности, а также убиты и ранены ее люди, а также убиты и ранены люди его светлости Великого князя Смеречинского Олега Александровича…

Я успел заметить усмешку под пышными усами председательствующего судьи и понял, что стряпчий зря старается — профита сегодня не будет. Но, как пел в моем прошлом мире один великий певец с запутанной личной жизнью — «шоу маст гоу он». Если я сейчас встану и покину зал судебного заседания, то, безусловно, сэкономлю время, но потом меня могут обвинить в том, что дело в суде мы проиграли, потому что я ушел до того, как это шоу закончилось, поэтому сидим до финального свистка.