Книга Царство Сибирское, страница 56 – Роман Путилов

Согласно газетных сообщений, дела на фронте шли все хуже и хуже. Иностранные интервенты подтянули из тылов осадные орудия и принялись, концентрируя артиллерию по двести стволов на версту, принялись с методичностью парового молота выбивать, один за другим, российские форты, стачивая под ноль западный оборонительный пояс Империи, а высотные дирижабли перенесли свои удары на крупные города в тылу России, а также начали методично разрушать железнодорожные станции, парализуя перевозки по стальным магистралям.

Я откинулся на спинку высокого кресла и закрыл глаза от удовольствия. Как прекрасно скинуть с ног сапоги и задубевшие от пота портянки, опуститься в ванну, наполненную почти кипящей водой и просто ничего не делать, лежать с горячей воде с закрытыми глазами и, хотя бы двадцать минут, ни о чем не думать.

Пролежав в глубокой медной ванне больше часа, пока вода совсем не остыла, после чего, перешагнув через грязные тряпки, бывшие когда-то формой, я накинул халат на голое тело и двинулся в сторону своего кабинета. Даже усиленная защитной магией от износа загрязнений, форма моей армии имела свой предел.

Не успел я дочитать газеты и выпить вторую чашку кофе, как в кабинет осторожно вошла жена и обвив меня тонкими руками за шею, зашептала на ухо:

— Май дарлинг, там к тебе пришли два господина, местные дворяне, по фамилии Гуляев и Аникеев, настойчиво добиваются встречи с тобой.

Честно говоря, не было ни малейшего желания куда-то идти и с кем-то встречаться, но, к сожалению, избежать этого не было никакой возможности. Не поймет меня местное общество, если я не приму этих господ.

— Вели подавать одеваться. — я ткнулся губами в нежное ушко жены, но она ловко вывернулась, хихикнув и вышла из комнаты.

В приемной мне навстречу встали два молодых человека, один в партикулярном платье, второй в мундире финансового ведомства. Я нарисовал на лице приветливую улыбку и двинулся к замершим возле небольшого дивана фигурам.

— Добрый день, господа, чем могу…

Не успел я завершить фразу, как мне в лицо полетела перчатка.

Глава тринадцатая.

Омск. Дом генерала Соснова.

Перчатку я поймал и замер в полнейшем недоумении — уже забыл последовательность действий при получении вызова. Придется импровизировать. Не то, что я боюсь выйти к барьеру с этим молодым человеком, просто мне кажется, что не положено мне это делать, больно разные у нас с ним весовые категории.

— Соблаговолите объясниться, юноша, зачем вы тут вещи свои разбрасываете?

— Вы мерзкий негодяй, и я вас вызываю…- мой визави покраснел как помидор, видимо не понравилось ему обращение «юноша», тем более, что мы с ним, на первый взгляд, ровесники.

— Вы оскорбили мою хорошую знакомую, княгиню Строганову и должны дать мне удовлетворение!

— Молодые люди, вы прежде чем войти в этот дом, не обратили внимание на стяг на его крыше?

Посетители недоуменно переглянулись. Понятно, господа слишком спешили, некогда им смотреть на всякие флажки. Долго Ванда готовила ответ, то ли любовники были робкие или осмотрительные, или я чего-то не понимаю.

— Так вот, молодые люди, известная нам всем Ванда Гамаюновна, княгиня Строганова, должна мне очень много денег, просто неприлично много. Как только она, или вы, молодой человек, закроет этот финансовый вопрос, тогда у нас и возникнет повод говорить об оскорблении и удовлетворении. А без урегулирования этого щепетильного вопроса я считаю неприличным с ее стороны присылать ко мне бретеров. А то так любой должник возьмет за правило пытаться убить своего заимодавца. Если у вас все…