Книга Мятежник, страница 56 – Роман Путилов

— Господа, все сегодня сработали на отлично, все заслужили награды. Сегодня все отдыхайте, завтра, в пять часов утра командиры всех подразделений собираются здесь, для постановки задач. Останутся вы, барышни и связист, остальные, могут быть свободны.

Связист, получив от меня задачу на отправку нескольких шифрованных сообщений в Омск, торопливо выскользнул из палатки, плотно закрыв полог, а повернулся в двум раскосым барышням, невозмутимо сидящим на складных стульях в своих летных зимних комбинезонах. Лишь по тому, как Гюлер нервно сжимала свой летный шлем в руках, можно было понять, как она волнуется.

— Медина, скажи, кто тебя учил пилотировать самолет? — обратился я к девушке, которую прекрасно знал, как близкую к моей жене служанку — фрейлину. Медина была из хорошей семьи, и у нас входила, так сказать, в ближний круг.

— Госпожа. — невозмутимо ответила девушка, так как знала, что за все её поступки передо мной отвечает моя жена: — А экзамен принимал поручик Лиходеев…

Я заскрипел зубами. В свое время я научил Гюлер пилотировать аэроплан, ну так, на всякий случай, ели муж будет пьяным, или надо будет срочно спасаться, и на этом посчитал свою миссию выполненной. Если надо, жена сможет взлететь, долететь из точки «А» в точку «Б», в несложных условиях, и даже посадить летательный аппарат на землю. Но, оказалось, что эта… женщина, мать моего ребенка, вместо того, чтобы хранить домашний очаг и готовить похлебку в ожидании возвращения мужа, она со своим приятелем Антоном Лиходеевым, которому я слишком многим обязан, чтобы снести его непутевую башку, продолжила занятия и даже научила пилотированию свою подружку.

— Скажи, Медина, а какой у тебя налет?

— Девяносто восемь часов самостоятельных полетов, ваше величество. — гордо заявила пилотесса.

— В боевых вылетах участвовала? — девки мгновенно переглянулись, после чего на меня вновь уставились две пары черных, непроницаемых глаз.

— Нет, ваше величество, не привелось.

— Медина, а ты знаешь, что врать своему царю — тяжкое преступление, даже если моя жена запретила тебе говорить правду? Сегодня, когда вы крутились на своем аэроплане, на линии боевого соприкосновения, это был натуральный боевой вылет.

— Я не знала, и госпожа не говорила мне врать вашему величеству.

— Хорошо, повторю свой вопрос — сколько у тебя боевых вылетов?

На этот раз, не глядя на Гюлер, девушка что-то беззвучно зашептала губами.

— Медина, я плохо тебя слышу.

— Семь, господин.

Сука! Если бы я был волшебным драконом из дамских романов, я бы испепелил Гюлер здесь же, в палатке, потом оживил бы и снова испепелил.

— Хорошо, Медина. — я встал и барышни тоже вскочили: — Поздравляю вас прапорщиком, потому что у нас все летчики являются офицерами. Подойдите к начальнику летной группы, доложите о своем производстве и летном налете, пусть он заведет на вас летную книжку. Патент офицера по возвращению домой оформит твоя хозяйка, а я подпишу. Если есть где ночевать, то можешь идти отдыхать.

Барышня изобразила книксен, нелепо смотрящийся при исполнении в меховом комбинезоне и вышла за полог.

Хруст снега под унтами уходящей Медины затих, и я повернулся к жене.

— Где самолет взяла, лишенка?

— Кто такая лишенка?

— Домой вернемся — расскажу. Отвечай на вопрос.