Онлайн книга «Мятежник»
|
Большой дирижабль, с развивающимся за кормой, британским флагом, вынырнул из облаков неожиданно и двинулся прямо к шпилю, венчающему здание суда. Ловкие маленькие фигурки в синей форме набросили на шпиль толстый металлический канат и закрепили воздушное судно прямо к башне, как к якорю, после чего, перебросив штурмовую лестницу из гондолы дирижабля прямо в одно из окошек башни здания суда, три десятка человек ловко перешли с небесного корабля в башню храма правосудия. Зеваки дружно принялись обсуждать британских воздухоплавателей, которые, хотя были союзниками, одновременно успели зарекомендовать себя неприятнейшими типами. Ну нет бы, приехали, как все нормальные люди, на поезде? Но нет, мало того, что приперлись на своем надувном пузыре, так еще и привязали свою воздушную колбасу к зданию королевской налоговой службы, как к какой-то простецкой коновязи, наплевав на признанный международный авторитет прусского короля и вольный статус города Берлина! Внезапно, на площади повисла тишина и публика ясно услышала, рвущий душу, скрип трущегося металла о металл. Это терся канат, сброшенный с дирижабле, шаркаясь о металлический шпиль башни. — Да скажите им кто-нибудь, чтобы прекратили это издевательство! Вызовите немедленно конную полицию! — над площадью раздался визгливый дамский голос, после чего, возможно, именно, как результат этого мерзкого голоса, по металлу каната сверкнула искорка, которая метнулась к гигантскому баллону, заполненному газом, и, в тот же миг, зачарованный, отвечающий самым строгим стандартам безопасности, знаменитый негорючий британский водород взорвался! Негорючая оболочка дирижабля вспыхнула, как папиросная бумага, и вся эта, пылающая конструкция, вместе с еще не взорвавшимися, но уже горящими, газовыми баллонами, чадящими двигателями и спиртовыми прожекторами, рухнула на крышу суда, которая сопротивлялась огню совсем недолго и через минуту неуверенно занялась, а потом вспыхнула по всей длине фасада здания. В это время из здания суда начали дружно выбегать британцы, а самая смелая публика бросилась к ним, требуя объяснений… На только вблизи аэронавты оказались совсем не похожими на рыжеватых джентльменов с островов, а больше всего напоминали… — Спасайтесь! — самые смелые обыватели развернулись и бросились пробраться сквозь плотную толпу, крича: — Спасайтесь! Это кровавые людоеды Гюлер! Мы все умрем! Самый здоровый азиат, поймав растерявшуюся фрау, что оказалось ближе всего к гиганту, поднял ее на вытянутых руках над своей головой и заорал, вращая черными, как ад и зрачками, щелкая зубами: — Я хочу жрать, я всех здесь сожру! Чертова фрау, вернее, фройлян, чуть не испортила всю обедню, когда стала, вместо того, чтобы упасть в глубокий обморок, радостно визжать. Хороша, что публика, увидев в руках знаменитых кровавых азиатов длинные ножи и здоровенные пистолеты, решили, что фройлян издает предсмертный визг и бросились врассыпную, давя друг друга, опрокидывая пивные шатры, тяжелые столы и длинные скамейки. За спиной у атакующих азиатов пылало здание суда, из окон выпрыгивали, без разбору чина и званий судьи, прокуроры и приглашенные в суд высокие гости. Пикантность апокалипсической картине Страшного Суда придавал председатель судебного состава, который пытался спастись по водосточной трубе, но зацепился полой судейской мантии за какой-то крюк и теперь висел, не имея возможности спуститься не землю, оглашая, быстро пустующую, площадь, своими тоскливыми воплями. |