Книга Мятежник, страница 74 – Роман Путилов

— Звезда моих очей… — начал я, но жена не «купилась», и я стал серьезен.

— Дорогая, прошу тебя потерпеть всего месяц. Сейчас в Индии, с британских кораблей, сгружаются тысячи ружей, тонны пороха и свинца, десятки пушек и тысячи снарядов, перегружается на поезда, которые пойдут через Афганистан, а потом еще севернее, к моим владениям, куда должны подтянуться тысячи разбойников, которых британцы собираются вооружить и бросить на меня.

Было ощущение, что британцы собираются вложить в этот удар все, что смогли собрать. Кроме ста двадцати тысяч ружей и винтовок, собранных со всех арсеналов туманного Альбиона, упрямые островитяне проложили почти две тысячи верст железнодорожных путей, паровозосборочного завода в Индии, собрали золото, чтобы заплатить аванс всем разбойникам Средней Азии, кто готов рискнуть своей жизнью и пойти на Север, к богатым городам Сибирского Царства.

— И что будет через месяц? Что изменится?

И тут я замолчал. Честно говоря, я не знал, что мне делать дальше. Та часть обитаемого мира, что в моем прошлом мире называлась Средней Азией, на первый взгляд, была усмирена и приведена к покорности. Возле крупных городов, в укрепленных лагерях, стояли мои небольшие гарнизоны, главной задачей которых было следить за обстановкой, собирать слухи, сплетни и прочую информацию, успеть запереться за стенами в случае опасности и продержаться двое суток, пока мои боевые эскадрилии не принесут с небес возмездие любому, кто посмеет нарушить мои прошлогодние договоренности с местными владыками, баями и прочими эмирами.

На Севере, в Сибири, вроде бы тоже все было нормально. В Европейской части Империи императрица Инна, проиграв войну, пыталась обрести опору своей власти, задабривала гвардию и аристократию, для чего вводила новые налоги и утилизационные сборы, округляя существующие ставки в пользу казны и раздаривая фаворитам государственную собственность и экономические привилегии. От такой жизни, от призывов затянуть пояса и сплотиться вокруг молодой Императрицы и Наследника, народ побежал в Сибирь, к низким налогам и мирной жизни. Особенно много среди переселенцев было беженцев из западных областей, что бежали от этнических чисток ляшской кавалерии и ураганного огня тяжелых орудий Германского союза. И, на первый взгляд, эти обстоятельства меня полностью устраивали, но, как говорили почти полвека в бывшем Союзе, главное, чтобы не было войны.

Мое новоиспеченное государство располагало горсткой профессиональных солдат, разбросанных на огромной территории, иррегулярной кавалерией из числа кочевников, родственных Гюлер племен и авиацией, которая пока была козырем в этом мире. Но, это было пока, до той поры, пока за меня всерьез не взялись старые аристократические дома, с их фамильными магическими приемами и способностями, которых я не знал и даже не представлял пределов их могущества. Одна Ванда с ее колдовством, чья природа была неизвестна здесь даже моей божественной покровительнице, вследствие которого я, до сих пор, не мог полноценно пользоваться своими ногами, чего стоила. А если этих колдунов и волшебников будет не один десяток, да и при поддержке родовых дружин с десятками магов низкого уровня, примерно равных по способностям мне…

Поэтому, мне было крайне необходимо разработать нетривиальный шаг, который поможет мне сорвать, организуемую британцами, интервенцию. Я должен был выставить ее истинного организатора — премьер — министра Британской империи безголовым кретином, нанести англичанам невосполнимый и ничем не оправданный ущерб, который поможет будущему королю Эдуарду, не помню с каким номером, прочно сесть на трон. Не то, чтобы я надеялся на союз с Британией, но пока Эдуард должен был мне денег, о чем имелись вполне себе официальные расписки, написанные будущим Величеством собственноручно. И хотя я помню, как заканчивали свой жизненный путь кредиторы королей, типа членов ордена Тамплиеров, но ведь Ротшильды сумели на этом подняться.