Книга Где рождается месть, страница 99 – Нана Рай

«Кто я такая, чтобы судить Владимира?»

Элина медленно раскручивает темно-вишневую помаду и наносит густой слой на губы. Шоу вытащило из нее все пороки.

— Возможно, она просто устала и захотела домой, – произносит Элина, выдавая свои желания за чужие.

— Сомневаюсь. – Регина шуршит в своей тумбочке и вытаскивает пакет с конфетами. – Кстати, а как там твой разговор с прошлым? Состоялся?

Элина ловит брошенную ей маленькую шоколадку.

— Да. – Это все, что она может сказать.

— И как? Стало легче?

На ладони лежит «Аленушка», и даже в нарисованной девочке Элине мерещится Ливия. Она часто моргает, прогоняя непрошеный образ. И крепко стискивает кулак. Шоколад в руке мнется.

— Нет. Не стало. И не станет.

* * *

— Будь естественной, и подписчики проголосуют за тебя. – Максимилиан усаживает Элину на расстеленный на земле плед в красную клетку.

Интервью, которого один раз она уже избежала, все же пришлось снимать. Его решили провести на поляне, где совсем недавно она устраивала пикник с Марго. С тех пор здесь мало что изменилось. Разве что на рассвете здесь тихо и не визжат дети. И совсем мало любителей утренних пикников, которые устраивают себе отдых на природе.

— Если я буду естественной, то это вряд ли произойдет, – смеется Элина. – Объясни мне, непутевой, пока Цепеша нет, голосование на его канале реально влияет на победу? Или сделано только для того, чтобы подарить подписчикам видимость контроля?

— Скорее второе, чем первое, но и первое не отрицаю.

Максу не хватает только опахала, чтобы обмахивать Элину во время съемок.

— Очень содержательно. – Она поправляет солнцезащитные очки и тут же ощущает, как по коже скользит чей-то взгляд.

— Макс, спасибо, что привел бунтарку. Хотя я уже ожидал услышать очередную историю про обморок.

Элина оборачивается к Владлену и заставляет себя выдохнуть. Его глаза в душу заглядывают, не иначе. И хотя в утренние часы достаточно тепло в летнем сарафане, сейчас ее бьет озноб.

— Я больше не нужен?

— Нет, мы справимся сами.

Только сейчас Элина замечает, что оператор, который настраивал камеры, тоже куда-то исчез.

— Мы будем одни? – Вопрос вырывается сам собой.

Владлен присаживается рядом с ней на плед.

— Я бы не сказал, что совсем одни, учитывая «ранних пташек», но да, – хмыкает он. – С камерами я справлюсь сам, кстати, запись уже идет, да и Максу незачем скучать.

Поддерживая его слова, Максимилиан задорно подмигивает Элине и растворяется среди деревьев. Когда она вновь оборачивается к Владлену, перед ней уже сидит Цепеш с широченной улыбкой.

— Элина, зрителям интересно узнать о тебе больше. Поговорим о твоих родителях.

— Сразу по больному? – Мысленно она ругает себя на чем свет стоит и пытается подавить мимолетную слабость. Тут же улыбается и кокетливо пожимает плечом. – А что о них говорить. Мама вся в работе, отца давно нет в живых.

— А твой парень? Он ждет тебя?

— О чем ты? Я никогда ни с кем не встречалась. Представляешь, восемнадцать лет и девственница, какой ужас! – Элина гримасничает на камеру.

— Черт, все парни сейчас прилипли к экранам, – смеется Цепеш. – Я даже начинаю ревновать.

— Глупости. Может, лучше поговорим о тебе?

— Забавная. Интервью с тобой, а не со мной, так что смирись.

Элина мысленно закатывает глаза. В ближайший час ей действительно не остается ничего иного, кроме как смириться. Владлен закидывает ее разнообразными вопросами, и Элина за считаные секунды находит ответ, зачастую лживый, но настолько искусный, что сама начинает в него верить.