Книга Грехи маленького городка, страница 40 – Кен Джаворовски

«Я понял. Где ты взяла мой номер?»

Я добавил улыбающийся смайлик, мол, я ни в чем тебя не обвиняю, просто флиртую. На самом деле меня не волновало, откуда у нее мой телефон. Мне просто хотелось, чтобы переписка продолжалась.

«Я работаю в мэрии, помнишь? И могу выяснить что угодно. Легко. Ну так как, в пять тридцать у меня?»

Кто-то в цеху окликнул меня по имени, и я чуть из ботинок не выпрыгнул. А когда сунул телефон в карман, то постоянно чувствовал его, будто это бомба, готовая взорваться в любой момент, пока я обсуждаю какую-то рабочую ерунду. Стоило ему завибрировать, и я практически перестал слышать, что говорит мне один из рабочих.

Лили написала: «Так, значит, нет?:(».

Эти сообщения волновали меня сильнее, чем ожидание нового свидания. Они были запретными, упоительными, они заставляли улыбаться, пока я не смутился от осознания, что сижу на унитазе и решаю, не изменить ли жене. Еще разок.

Я дважды перечитал сообщение.

Настал миг, когда мое решение могло изменить очень многое, я это понимал. Следовало сказать Лили, что все случившееся было ошибкой.

Я отчетливо осознавал, как нужно поступить. В глубине души никаких сомнений у меня не было.

* * *

Мы с Лили лежали в постели.

На улице было светло, но благодаря задернутым занавескам в дешево обставленной, обитой панелями комнате царил полумрак. Прежде чем подняться к Лили, я воровато окинул взглядом переулок, чтобы убедиться в отсутствии свидетелей, и это чувство вины, похоже, лишь усилило вожделение, стоило мне оказаться в квартире. Едва за мной захлопнулась дверь, я буквально бросился на Лили, и она ответила мне с таким же энтузиазмом. Когда все закончилось, мы попытались отдышаться, и это было единственным звуком, если не считать дребезжания холодильника: казалось, он продержится от силы еще неделю, а потом сломается.

— Ты все еще думаешь о переезде? – спросила через несколько минут Лили.

— Да.

Когда я больше ничего не добавил, она потянулась и погладила меня по груди.

— Во Флориду?

— Ага. Я сегодня ходил к Глоссинг.

Дама по фамилии Глоссинг выступала в нашем городе в качестве туристического агентства. За неряшливой витриной одновременно располагались сервис по копированию документов, точка продажи лотерейных билетов и магазинчик канцтоваров. За компьютером сидела старая миссис Глоссинг (ее называли старой, еще когда я был мальчиком), которая могла продать желающим билет на автобус или забронировать перелет. Я зашел туда, купил ненужные мне марки и с деланой беззаботностью прихватил несколько рекламных листовок с изображением ясного неба и песчаных пляжей, предназначавшихся для тех немногочисленных жителей Локсбурга, которые хотели провести отпуск на юге. Я отличался от них лишь тем, что не планировал возвращаться, если уж соберусь уехать.

— Взял билет? – поинтересовалась Лили.

— Нет. Просто разжился кое-какой информацией.

— У тебя серьезный подход.

— Можешь не сомневаться.

— У тебя есть деньги?

— Какие деньги? – спросил я.

— Ну, деньги. У тебя хватает на переезд? А ты о чем?

Чтобы не запутаться в словах, я стал говорить медленнее:

— Там дешевле. Мне много не понадобится, вот я что имел в виду.

— Сейчас уже нигде не дешево.

— Тоже верно.

— Можно я задам тебе один вопрос?

Ну как тут ответить? «Нет»? Тогда незаданный вопрос повиснет между нами, угнетая своим незримым присутствием. Приходится отвечать утвердительно, после чего обычно следует еще более неудобный вопрос.