Онлайн книга «Серийный убийца: портрет в интерьере»
|
Данный муханкинский текст мы уже цитировали выше, но наиболее значимые его части решили оставить для этой, завершающей части книги, так как размышления серийного убийцы о том, какие свойства присущи маньякам, какие признаки характеризуют их поведение в период «охоты» на жертву, а также после убийства, имеют исключительную ценность. Не потому, конечно же, что каждое слово нашего информанта заслуживает доверия. Многое из того, о чем он рассуждает, препарировано им в целях самосохранения. Что-то отражает его уровень восприятия и понимания ситуации. И все же взгляд на проблему изнутри, глазами самого преступника, анализ поведения серийного убийцы, исходящий от него самого, является бесценным документом, который, наверное, принесет еще немало пользы и криминалистам, и психологам, и работникам правоохранительных органов, которым порой еще так недостает всесторонней картины явления для создания адекватной системы средств борьбы с ним. Чего стоит, например, такое утверждение: Я считаю, что если человек — маньяк, насильник — в очередной раз имеет желание к новому, свежему деянию, он может к этому не готовиться, собирать какие-то вещи, как рыбак к рыбалке, — любой подходящий случай он не упустит, особенно, если он находится в благоприятном и безопасном для него месте для деяния, и пусть хоть вовсю жертва кричит и зовет кого-то на помощь — это только распалит его желания. Жертва, получается, как кролик перед удавом: небо вверху, земля под ногами, а вокруг никого — и тишина. Во всей этой церемонии самый неприятный момент — это захоронение трупа и три дня впечатлений. (Из «Трактата о маньяках») Здесь обращает на себя внимание утверждение, что жаждущий убийства преступник так или иначе подыщет себе жертву. Психологической нацеленности на убийство достаточно для того, чтобы рано или поздно при благоприятных обстоятельствах оно произошло. Симптоматичен и намек на «три дня впечатлений», которые последуют за захоронением останков убитого. А вот другое существенное наблюдение о непреодолимости тех потаенных извращенных желаний, которые движут серийными убийцами: Все, о ком я сказал, не имеют контроля над своими чувствами. В расчувственности сексуальной нет чувств, есть дьявольское превосходство и господство над жертвой. Такие люди по тяге своей похожи нутром на наркоманов. В семье и обществе многие из них чуть ли не ангелы. На глазах ведут достойный образ жизни. Но порок есть порок, и они сами не желают от него избавиться, им это доставляет большее удовольствие, чем жизнь, как у всех. Если тяга есть, а это хуже наркотика, то это, можно сказать, неизлечимо. (Из «Трактата о маньяках») Муханкин много и подробно размышляет о влиянии среды, окружения, родственников на формирование личности серийного убийцы и придает им решающее значение. Все зависит от семейного очага, где от рождения дите начинает учиться ходить, разговаривать, копировать поведение родителей, познает, что такое хорошо и что такое плохо и т. д. Жестокость, невнимание, невоспитанно, самотек и т. д. к хорошему не ведут, зло породит только зло. Человек растет, формируется, но не впитывает в себя витаминов добра, любви и ласки, воспитанности, чистоты душевной и сердечной и т. д. В свое время ему этого в семье, на улице, в школе просто не дали, и вот наступает момент, когда этот человек или уже человечище взрослый совершил беду против другого человека, и все сразу начинают роптать и возмущаться и судить, казнить виновного за содеянное, а никому в ум не взбредет разобраться, почему все так получилось, а можно ли было страшного избежать, а не виновны ли мы, общество, в том, что выращивали для себя такого негодяя, чем помочь ему и другим таким же, вслед идущим за ним, чтобы и им было хорошо и они не сотворили бы беды над нами, над нашими детьми и имуществом нашим. Но такого нет, одни слюни да сопли. |