Книга Созвездия твоих глаз, страница 48 – Екатерина Маркмирова

— Если ты так считаешь, значит, ничего не знаешь о любви, – чуть запоздало отвечаю я.

Дэвид останавливает меня и, держа за локоть, аккуратно разворачивает к себе.

— Можем поспорить, – говорит он, пристально вглядываясь в мои глаза.

— Я не хочу спорить. Если мы начнём, то тебе не понравится, – иронично ухмыляюсь я и отвожу взгляд в сторону.

— А я хочу спорить, хочу услышать тебя, хочу понять. Расскажи мне, Эмбер. Да, твоя мама умерла, ты винишь отца, хотя это было стечением обстоятельств. И столько лет уже прошло…

— Всего девять. У скорби нет срока и дело не только в маме, Дэвид. Уверен, что тебе это нужно знать? – резко перебиваю его.

Мне изначально было плевать на требование отца молчать о том, что моя работа в «Харт-билдинг» носит лишь временный характер. Только потому, что братец казался мне полным придурком, я не говорила ему ни о чём. Я и сейчас не горю желанием признаваться, но и скрывать тоже не вижу смысла. Нужно объяснить свою позицию и больше не возвращаться к этому разговору.

— Любящий отец не станет шантажировать свою дочь. Думаешь, я мечтала работать в компании? Нет, Дэвид, никогда. Мне плевать на неё. Но то видео, что ты предоставил Стивену, стало причиной моего рабства до тех пор, пока не выберут нового губернатора. И поэтому приходится врать прессе о том, что у нас чудесная семья. Даже в университет пошла учиться только потому, что Стивен пообещал помочь переехать в Нью-Йорк и открыть свою школу танцев. Я верила, хотя могла сбежать из дома ещё четыре года назад. Думала, раз тебе помог, то и мне тоже. Понимаешь, я училась и жила только тем, что скоро моя детская мечта исполнится. Я люблю танцевать, музыка мне дарит свободу быть собой. Спустя четыре года я положила на стол отца диплом с отличием. Знаешь, что он сказал тогда? – Дэвид отрицательно покачал головой. Я усмехнулась. – Дословно: «Нет, Эмбер. Я просто рассчитывал, что ты передумаешь». А я не передумала! Речь ведь шла не о покупке нового платья или машины. Речь шла обо мне!

— Эмбер, возможно, стоит ещё раз поговорить?

— Мы и поговорили. Сейчас я как дурочка второй раз купилась на его уловку. Снова наивно верю, что он поможет, либо в итоге отстанет от меня навсегда, забудет, вычеркнет из своей жизни. Стивен тебе стал добрым папочкой, а мне он как отчим – чужой и холодный. Ни одной попытки поговорить по душам, банальных слов сочувствия, когда мамы ни стало. Вместо этого он пичкал меня транквилизаторами и требовал жить по его правилам. Мой родной отец умер, когда бросил нас с мамой. Может, это и кажется детским лепетом, глупыми обидами. У многих жизненные ситуации в сто крат хуже и не мне жаловаться на жизнь. Но ты спросил – я ответила. Вот такая я, Дэвид, и не могу себя изменить, пытаюсь, правда… – Из моей груди вырывается тяжёлый вздох. – Но выходит фигово. Аризона стала для меня местом заключения, а отец личным тюремщиком.

Вместо пары сухих предложений, я вывернула душу наизнанку. Сводный брат не перебивал, я не видела выражения его лица – не хотелось смотреть ему в глаза, поэтому просто устремила взгляд вдаль. Мне неизвестно, насколько Дэвиду вообще было интересно слушать мою исповедь, но мне стало легче.

А потом Дэвид меня обнял, и грусть сразу испарилась. Боже… Я готова стоять так всю оставшуюся жизнь. Поймала себя на мысли, что стала привыкать к нему, и в этом нет ничего хорошего, но вопреки разуму я обхватила брата за талию и прижалась сильнее.