Книга Одержимость, страница 64 – Тина Альберт

— Марко, пожалуйста, – мой голос дрожит, как у испуганного ребёнка. Он отвечает мне ещё более страстным поцелуем, его губы находят мои, и я чувствую, как он пытается завладеть моими мыслями, моим телом.

Он поднимает голову, его глаза тёмные и полные желания, как бездонные омуты, в которые легко утонуть.

— Доверься мне, – его голос, хриплый и глубокий, проникает в моё сознание, словно яд, отравляя все мои попытки сопротивления.

Слова Марко звучат искренне, и я понимаю, что у меня нет выбора. Я должна рискнуть и довериться ему. В этом особняке, полном опасностей и тайн, возможно, он единственный, кто действительно хочет помочь мне.

Нэйтан

Ночь окутывает город, а я, словно часовой на посту, не отрываю взгляда от мерцающего экрана. Тусклый свет монитора – единственный маяк в океане моего отчаяния, единственная нить, связывающая меня с Эммой. Минуты сливаются в часы, а часы – в дни, но я не могу оторваться от этого зрелища, ставшего моим персональным адом и раем одновременно.

Комната вокруг меня погружена во мрак, лишь клавиатура тихо поскрипывает под моими пальцами, когда я переключаю камеры. Запах остывшего кофе смешивается с ароматом несвежей одежды – я не помню, когда в последний раз отрывался от экрана.

— Эмма, – шепчу я, и мой голос звучит хрипло в тишине комнаты. Её имя на моих губах – как молитва, как заклинание. Я разговариваю с ней через экран, словно она может меня услышать, и это единственное, что удерживает меня на краю здравомыслия.

Её глаза на экране кажутся потухшими, в них читается усталость и потерянность. Сердце сжимается от боли и бессилия. Я здесь, за тысячу километров от неё, и ничего не могу сделать. Вина и отчаяние душат меня, воспоминания о той ночи, когда я выгнал её, преследуют меня.

"Что, если бы я поступил иначе?" – этот вопрос пульсирует в моей голове, не давая покоя. Я чувствую, как холодный пот выступает на лбу, а руки начинают дрожать от напряжения и недосыпа.

Внезапно на экране происходит движение, вырывая меня из пучины самобичевания. Эмма выходит из своей комнаты, её походка быстрая, нервная. Я подаюсь вперёд, почти касаясь носом экрана. Что-то не так, я чувствую это каждой клеточкой своего тела. Её лицо искажено страхом, она явно чем-то встревожена.

Эмма направляется в библиотеку, и я переключаю камеры, следуя за ней. Внезапно в кадре появляется один из охранников, и сердце пропускает удар. Он приближается к ней слишком быстро, слишком целеустремленно.

— Нет, нет, нет, – бормочу я, чувствуя, как паника поднимается внутри меня подобно приливной волне. Охранник хватает Эмму за руку, усаживая её на стол. Я вижу, как его руки скользят по её телу, как его губы касаются её шеи.

— Что, черт побери, происходит? – мой шепот срывается на хрип. Ярость вспыхивает во мне, словно пожар. Я чувствую, как кровь стучит в висках, а пальцы до боли сжимают подлокотники кресла.

— Убери от неё свои грязные руки, урод! – рычу в монитор, зная, что мой голос никогда не достигнет их. Бессилие и гнев переполняют меня, и я готов разнести всю комнату в щепки. Но я могу только смотреть, прикованный к экрану, как к позорному столбу, наблюдая, как рушится мой мир.

Секунды превращаются в вечность, и я не могу отвести взгляд. Эмма… Моя Эмма… Она сначала сопротивляется, пытается оттолкнуть его, но потом вдруг отвечает на его поцелуй. Дальше они заходят за дверь, где нет камер. Мой разум отказывается принимать это, но я знаю ради чего они пошли уединиться.